Свидание на краю бесконечности - Ольга Володарская Страница 101

— Вы и Фатима, — разъяснила Алиса. — Она до вас была у подруги, и тоже, наверное, разговор о дедушке завела. — Припомнив одну ее фразу, Алиса задала вопрос не в тему: — Правда, что вы тоже на Ильяса зуб точили?

— Когда его убили, у меня едва молочные выпали, — с сарказмом проговорил тот. — Точить нечего было. С чего ты взяла?

— Фатима сказала, что вы в гаражах подворовывали, а он вас застукал.

— Вот же мымра! По малолетке я на самом деле угонял велики, но за это меня отец своим протезом поколотил, а никак не Ильяс. Я его знал только понаслышке.

— Как думаете, кто мог напасть на Тамару Кикнадзе? — вклинился в разговор Саня.

— Вообще никаких предположений нет. Я и милиции так сказал. А если они там думают, что это я сделал, пусть докажут.

— Они вас как свидетеля опросили, — успокоил старика он. — Вы не волнуйтесь.

— Я злюсь, это другое. — Он снова пыхнул. — Не хотите коньячку выпить? «Старый Ташкент» еще остался.

— Нет, спасибо, пойдем мы.

Азиз Мустафович не стал их задерживать. Сцепив трубку золотыми зубами, он зашагал к крыльцу.

— У нас не принято, но я помяну твоего деда сейчас, — бросил он через плечо. — И пусть земля ему будет пухом. — И скрылся за дверью.

— Между прочим, ты так и не сказала, где намерена развеивать прах, — заметил Саня. — Я думал, ты в ботаническом саду присмотрела пальму, но мы приехали сюда.

— Пойдем, я тебе покажу. — И повела его все к тому же магазину тканей. — На этом месте стоял дом, в котором Дмитрий Валентинович жил.

— Но его снесли.

— И сад, за которым он ухаживал, выкорчевали. — Она указала на заасфальтированный участок, превращенный в мини-парковку. — Но дерево, что росло за забором, вот оно. — Алиса похлопала по стволу пышную чинару. Ее пожалели и не срубили. — На фотографии она запечатлена, посмотри, — и передала Сане снимок.

— Подросла красавица.

— За пятьдесят пять лет? Естественно. Помню, как дед рассказывал о том, как собирал плоды дерева, чинарики, как он их называл, и настаивал на спирту.

— Зачем?

— Услышал от кого-то, что полученное снадобье от всех болезней помогает.

— Вообще-то чинариками и отравиться можно.

— Дядька Мустафа так ему и сказал. Но только после того, как насладился забавным зрелищем: хихикая, понаблюдал за тем, как Батыр плоды собирает, чистит, моет, спиртом заливает. Любили они друг над другом подшутить.

Алиса достала из сумки кувшин. Откупорила его.

— Как считаешь, нормальное это место? — спросила она у Сани. — Или вообще вся эта затея с прахом — дурь? Язычество сплошное…

— Или индуизм. Но такова была воля покойного.

— Ты прав. — Она перевернула графин и, обходя чинару кругом, принялась высыпать прах. — Дед же в духов верил. Только в них да в шаманов, с ними общающихся. Не в ад или рай думал попасть, а слиться с бесконечностью.

Она вытряхнула последние частички пепла на землю. Они смешались с опавшей листвой, пожухшей травой, чешуйками отделившейся коры, почвой и влагой, сохранившейся в ней, став единым целым. Алиса только в этот момент поняла, какой символичный обряд провела. Теперь и его тело слилось с бесконечностью природных циклов…

— Теперь и я хочу выпить коньяка, — выпалила Алиса.

— Не вопрос. Но ты что-то побледнела. Нехорошо тебе?

— На миг мне показалось, что я познала тайну мирозданья. Это пугает.