Комната их тайн - Клэр Дуглас Страница 104

Внезапно она ощущает укол вины за такие мысли – ведь Кайл мертв…

— Ничего удивительного, – говорит Коннор, и его губы изгибаются в печальной улыбке. – Между нами не все было гладко.

— Кайл рассказал мне про наркотики, – говорит Элис. Порыв ветра врывается в раздвинутые двери, неся с собой ароматы древесного дыма и мокрой земли. Джанет растирает предплечья, жалея, что не надела кардиган потеплей.

— Да, понимаю. Я был кошмарным подростком и еще до смерти родителей принимал героин. А уж когда их не стало, совсем сорвался с цепи.

Джанет одолевает сочувствие к нему, быстро сменяющееся подозрением: чего же он хочет от Элис?

— Сколько ты уже чист? – спрашивает она.

Коннор разворачивается к ней.

— Два года. Работаю в рехабе. Вроде как возвращаю долг.

Его внешность странно расходится с мягкой, взвешенной манерой разговора, полностью лишенной агрессии, насколько может судить Джанет. Ей становится интересно, почему он вообще начал принимать наркотики, живя в богатой семье, где все его любили. Она благодарна, что ее дочерей подобные проблемы обошли стороной. Таша в какой-то момент доставила им хлопот, но продолжалось это недолго, и она быстро со всем разобралась.

А потом Джанет думает о Холли и о том, какой та могла вырасти, если б ее не похитили в тот ужасный день. Только не убийцей, нет! Перед ее глазами мелькает лицо Зои, и она отгоняет эту картину вместе с прочими вещами, о которых старается не думать.

Коннор встает и извиняется, говоря, что ему надо в туалет.

— О, конечно, он вон там… – начинает Элис, но Коннор ее перебивает.

— Я знаю, где это, – говорит он, выходя из кухни.

Джанет с трудом подавляет желание пойти за ним.

— Откуда он знает, куда идти? – шепчет Элис. – Насколько мне известно, он никогда тут не был. Кайл сказал, что купил этот дом примерно за год до нашего знакомства.

Джанет понижает голос и тайком бросает взгляд на открытые двери.

— Будь осторожна. Ты ничего о нем не знаешь. Может, он до сих пор принимает…

— Мам! Ты не очень-то милосердна.

— Я не была бы матерью, если б не беспокоилась, – говорит Джанет в ответ. Она никого не хочет осуждать, но Элис сейчас в хрупком состоянии, и нельзя допустить, чтобы кто-то воспользовался ею к своей выгоде.

Элис наливает себе кофе, когда Коннор возвращается и садится назад за стол. Она предлагает кофе и ему, и на этот раз он отвечает согласием. Сердце Джанет падает. Она надеялась, что Коннор скоро уйдет, но теперь видит, что Элис хочет с ним поговорить. Она начинает расспрашивать его про их с Кайлом детство, были ли они близки, и Джанет видит, что дочь изо всех сил пытается вытянуть из Коннора крупицы новой информации о муже, сознавая, что иначе возможность будет утрачена, потому что с течением времени они наверняка потеряют связь. Она беспокоится, как беспокоилась бы и Джанет, что образ Кайла в ее памяти померкнет. Ей хочется сказать Элис, что это так не работает. Она до сих пор ясно видит перед собой лицо Джима. До сих пор слышит его голос.

— У Кайла всегда была предпринимательская жилка, – рассказывает Коннор. Элис присела с ним рядом и смотрит ему в лицо широко распахнутыми глазами, подперев рукой подбородок. – Еще в школе он нашел способ заработать. Он великолепно рисовал, особенно карикатуры, и продавал их приятелям. Был невероятно популярным, как нетрудно догадаться. Сообразительный, спортивный… – Коннор закатывает глаза. – Девчонки за ним толпами бегали. Обожали его… Прости, – запинается он, внезапно осознав, что только что сказал.