На шестом этаже мужчин нет - Наталья Андреева Страница 107

— Его ведь можно удалить!

— Ну, попробуй. Я пыталась.

— Ариша, прости! Давай выпьем!

— А не хватит тебе?

— Я так виновата… – Варя попыталась упасть перед ней на колени.

— Хватит притворяться! А, может, ты на Антона глаз положила? Из-за него все? Решила увести у меня парня, и придумала это дурацкое свидание с ред-флагом. Я и не подозревала, Басова, что ты такая сука! Думала: девочка-ромашка. А ты только притворяешься порядочной! Ты все это время только играла в мою подругу! На самом деле ты мне завидуешь!

— Да я никогда…

— Ненавижу тебя!

— Ариша, да я всегда тебя обожала!

— И как так вышло, что твое обожание обернулось для меня позором?! А теперь и увольнением!

— Если ты меня не простишь, я с балкона спрыгну!

— Да чтоб вы все сдохли! Все Басовы!

Варя рванулась к распахнутому окну и закричала:

— Или ты меня простишь или я спрыгну!

— Давай, прыгай! Ни единому твоему слову больше не верю!

Варя навалилась на парапет и перекинула через него левую ногу. Теперь было видно, что подруга хорошо набралась. Арина опомнилась:

— Слезай, упадешь.

— Сначала прости меня!

— Нет.

— Тогда не слезу!

— Дура! Это не шутки! Упадешь ведь! Слезай!

— Я виновата! Я… – Варя, которая лежала грудью на парапете внезапно начала сползать. И Арина рванулась к ней:

— Стой!…

* * *

— Я пыталась ее удержать. Но там покрытие скользкое. Пластик. И дождь недавно прошел. Я знаю, что вы мне не поверите.

— Почему?

— Потому что никто не поверил, что это фейки. Мы были вдвоем, только я и Варя. И я, в самом деле, ее ненавижу. Даже сейчас, когда она умерла. Мне надо было ее послать, когда в институте подвалила, – грустно усмехнулась Арина, – нужна она была, такая дружба. Дружить надо с равными, увы, я поздно это поняла. В общем, я схватила ее за плечо, пеньюар треснул. Да еще ноготь этот, – она в отчаянии посмотрела на свою руку.

Маникюр снова был безупречен. Арина сделала его по инерции. Когда Ники пригласил в крутой ночной клуб.

— Я испугалась, что сяду, и понеслась в салон красоты. Придумала эту легенду. Про маникюр. А хорошо у нас полиции работает, – усмехнулась Арина. – Такая мелочь, а нашли.

— Эксперт, кстати, не догадался, что это такое, – сказал Снегин. – Но я ведь видел ваши руки в тот вечер. Да и сотрудница в камере хранения вещдоков подтвердила: это отслоившееся гелевое покрытие, френч. Французский маникюр. Телесный лак, а кончик выделяют лаком белым. Его еще называют «улыбкой». Вы схватили подругу за плечо, если верить вашей версии, и ноготь сошел, как говорят в простонародье.

— Такая мелочь… – повторила Арина. – Отслоивший ноготь.

— Признание напишете? – очнулся Михаил. – Может быть, суд вам и поверит.

— Сомневаюсь. Я устала за себя бороться. Справедливости все равно нет. Если не родился там, где надо и у кого надо, так и будешь всю жизнь шестерить. Везде эти Басовы. Которые считают себя правыми. Хозяева жизни. И судьи такие же, я в этом уверена. Пожалеют скорее Варю. А моя жизнь никого не волнует.

— Но и ваша вина тоже есть во всем случившемся, – напомнил Михаил. – С чего все началось-то? Я внимательно изучил это дело. На меня ведь тоже давили. Но справедливости ради. Вы же о ней заговорили. С чего началось?

— Со свидания, – горько усмехнулась Арина. – Варя сделала мне подарок.

— А почему она это сделала? Честно скажите?