Демон скучающий - Вадим Панов Страница 107

— А лицо? Фигура?

— Видеокамера была установлена на лбу. Ну, или где там… В общем так, что съёмка велась от первого лица.

— То есть брата вы не видели?

— Нет, – медленно произнёс Иманов. – Но зачем Саре так называть насильника?

— Где всё происходило?

— В квартире брата, в комнате, которую он отвёл Саре.

— Где в это время находились вы с супругой?

— Улетали на неделю, решили отдохнуть от всего… И от всех… Алёна себе этого так и не простила.

— Как ваш брат отреагировал на обвинение?

— Отрицал. Но…

Иманов замолчал. И молчал так долго, что Вербину пришлось мягко напомнить о себе:

— Но?

— Я видел, что он в замешательстве. – Иманов покачал головой. – Это было не отрицание растерявшегося от необоснованного наезда человека, а именно замешательство от того, что всплыло нечто тайное. Я видел страх в его глазах… И… – В это мгновение Иманов вспомнил о «странных» вопросах, которые задавали полицейские, и посмотрел Вербину в глаза: – Хочешь сказать, что брат не насиловал Сару?

— Я пока не знаю.

— Как это?

— Мы ведём расследование, и ваш случай уже второй, связанный с картинами Абедалониума. Кстати, как получилось, что он написал портрет вашей дочери?

— Алёна этого хотела. Причём не просто портрет, а портрет от художника с большим именем и… – Иманов нахмурился, а затем неожиданно попросил: – Покажи мне ещё раз те фотки.

///

— Портрет Сары Имановой был написан два года назад, – рассказал Феликс, когда они с Никитой выехали с «улицы миллионеров». – В то время Абедалониум уже получил мировую известность, но сохранил особое отношение к Санкт-Петербургу и его жителям и иногда соглашался писать портреты на заказ. Разумеется, очень редко, как говорил желающим Крант, «только если мастеру понравится типаж». При этом ценник выставлялся хоть и большой, но не запредельный, поэтому желающих заполучить в домашнюю коллекцию картину от самого Абедалониума отбоя не было. Алёна Иманова грезила портретом дочери, отправила заявку, как и все остальные, и ей повезло: перезвонил Крант, сообщил, что Абедалониума заинтересовало предложение и он хочет прислать своего человека, чтобы принять окончательное решение. Ты уже понял, кто был этим человеком?

— Чуваев.

— Ага, – подтвердил Вербин. – Со второй попытки Эльмар его опознал, хотя видел всего один раз.

— То есть Абедалониум приезжал к клиентам под видом собственного помощника?

— Возможно, возможно… – Феликс задумчиво посмотрел на встречные машины. – Чуваев попросил одеть девочку так, как она должна быть на картине, и несколько часов её фотографировал. Через два дня Крант сообщил Имановым, что Абедалониум выбрал их. А ещё через неделю они получили портрет.

— Так быстро?

— А ты знаешь, как работают художники?

— Понятия не имею.

— Я тоже, – рассмеялся Вербин. – Может, быстро, может, нет… Имановы стали обладателями портрета от самого Абедалониума и хвастались им налево-направо. А через несколько месяцев их дочь покончила с собой.

— Я помню тот случай, – протянул Гордеев. – Девочка выпрыгнула из окна, и никто не смог объяснить причину её поступка… Что было на видео?

— Имановы были уверены, что на видео Ильяс насилует их дочь.

— А в действительности?

— В действительности Эльмар уничтожил телефон. Говорит, что ни лица, ни фигуры насильника на видео не видно. Только девочка, которая называет мужчину «дядей Ильясом».