Ловушка на оборотня, или Встреча на краю… весны - Алёна Александровна Комарова Страница 109

Наконец пришло утро.

Она пропела протяжное м-м-м, что-то похожее с блаженством и перевернулась на другой бок. Обняла подушку и вроде собралась ещё полежать. Но невидимая сила развернула её обратно. И Виталий увидел её глаза.

— Что опять? — посмотрев на него, простонала она.

В это утро она не суетилась, обречённо лежала, только одеяло подтянула к самому подбородку.

— Доброе утро.

Она недовольно хмыкнула. Ну какое же оно доброе? Снова лежат в одной кровати.

— Как я сюда попадаю? — простонала она.

— Ты ночами бродишь.

— До встречи с тобой я не бродила.

— Я тоже сначала думал, что приходишь ко мне, а нет. Думаю, это нервное.

— Это наваждение какое-то.

— Стресс. Но ты не переживай, мы с тобой…

— Только не говори, что мы…, или у нас с тобой ничего не было…

— Ты сожалеешь? — неуместно усмехнулся он.

— Нет. Просто ничего не говори. Молчи.

— Но я хотел сказать, что ты сюда приходишь поспать. А я начинаю привыкать.

— Боюсь, что я тоже. Но даже не мечтай.

Он деликатно промолчал. Ей лучше не знать о чём он мечтает.

— Наверное, я сумасшедшая.

— Нормальная.

— Схожу с ума.

— Не похоже.

— Головой поехала. Ничего не понимаю. Ничего не помню. Так и до «дурки» не далеко — бубнила она.

— Я тебе успокоительное сегодня куплю.

— Накройся, пожалуйста. А лучше отвернись. — Она приподнялась и осмотрела комнату в поисках халата. Его нигде не было.

— Там Настя встала.

— Ой, господи, нет. Она же все поймёт не так. Какой ужас.

Она вцепилась зубами в ноготь на большом пальце и уставилась в закрытую дверь. Вчера ей повезло, она проснулась раньше всех и смогла скрыть свои похождения, когда все ещё спали. Сегодня непривычный день.

— Ладно, отвернись, если не хочешь снова краснеть. — Он поднялся с кровати. Она быстро накрылась с головой. Он оделся и предложил помощь по спасению утопающей: — Сиди здесь тихо, а я пойду в ванную и раздобуду тебе камуфляж.

— Раздобудь мне ещё пистолет, чтоб я застрелилась от такого позора.

— Ничего позорного. Ты в хорошей форме — выходя, прошептал он ей.

Она плюхнулась обратно на подушки. От комплимента легче не стало. Если вчера она задумалась о ночной сорочке и надела её, то сегодня вечером она наденет три пижамы и восемь пеньюаров. Взяла манеру бродить по дому ночами, так ещё и в чужие кровати к чужим мужикам спать ложиться.

Минут через пятнадцать они сидели за столом и попивали кофе.

Он посматривал на неё. Старался без открытого интереса.

— Слушай, Лер, а есть что-то более сложное, чем гипотеза Римана? — неожиданно спросил он.

— Конечно, есть. А тебе зачем?

— Да что-то слабоваты формулы, не отвлекают.

— Не отвлекают от чего?

— От кого. От тебя.

Она поперхнулась кофе, прочистила горло и с хрипотцой ответила:

— Постараюсь больше так не делать.

— Лера, скажи мне правду. Только не ври.

— Когда такое было? — возмутилась Лера, чувствуя подвох.

Он не стал ходить вокруг да около, в лоб спросил, хоть Лера подумала, что выстрелил:

— Никита и Настя мои дети?

— Ты что?! — изумилась она слишком жарко.

— Зачем ты врёшь? — повысил он на неё голос.

— Я не вру.

— Да говори, что хочешь, я и без твоих подтверждений всё знаю.

— Что ты знаешь?

— Что ты мне врёшь. И делаешь это давно. Им не десять лет.

— Почти одиннадцать.

— Тогда они должны учиться в пятом классе, а на столе у них учебники за седьмой. Уменьшила детям возраст, чтоб я ни о чём не догадался.