Гранитная гавань - Питер Николс Страница 109

— Вы местный житель, сэр?

— Нет.

— Вы остановились здесь у друзей?

— Нет.

— Отойдите от изгороди, сэр. Что вы тут делаете?

— Просто гуляю.

Они подошли ближе – высокие, крепкие на вид, в туго облегающей униформе, подчеркивавшей их телосложение. Ремни с пистолетами, коробки со снаряжением. Поначалу мальчик принял их за полицейских, но теперь увидел, что на них нет значков.

— Это частная собственность, сэр. Что вы делаете – хотите перебраться через изгородь?

— Я не местный житель. Я просто смотрел.

— Я повторю вопрос, сэр: что вы здесь делаете?

— Ничего. Я просто пришел сюда с пляжа.

— Где ваша машина?

— Ее здесь нет.

— Где она?

— Я ее припарковал. На другом конце пляжа.

— Как вас зовут?

— Иван Хейни.

— Покажите мне, пожалуйста, удостоверение личности.

— У меня его нет с собой.

— У вас нет с собой ни бумажника, ни водительских прав?

— Нет.

Это была правда. У мальчика никогда не было бумажника, пока этот бумажник не купил ему Иван, когда у мальчика появились деньги и водительские права. Он хранил бумажник в центральном консольном отсеке грузовика. Так он чувствовал себя в большей безопасности.

— Проедемте с нами, сэр.

Они посадили его на заднее сиденье внедорожника. Повезли по узким закрытым улочкам, пока не добрались до широких улиц с небольшими домами, расположенными ближе друг к другу, где начинались магазины, недалеко от того места, где он припарковался. Остановились. Охранник на пассажирском сиденье вышел и открыл заднюю дверь.

— Вы можете выйти здесь, сэр. Но держитесь подальше от Праутс-Нек. Это частная собственность. Вы поняли?

— Да.

Охранник вернулся во внедорожник. Машина развернулась на улице и поехала обратно в Праутс-Нек.

Проходя через парковку за магазинами, он снова услышал этот голос.

— Ого! Вы посмотрите, кто это!

Он обернулся и увидел, как Байрон Пью выходит из задней двери аптеки. Он был один, нес небольшой пластиковый пакет с покупками. Теперь он был одет: мешковатые шорты до колен, спортивные сандалии, свободная розовая футболка.

— Чувак! – Его голос был радостным, будто он встретил старого друга. Он подошел ближе, чем тогда, в школе, и обвел мальчика взглядом с ног до головы. – Как дела, бро?

Как будто все вокруг него стало жидким, и он мог уловить малейшую рябь в воздухе, мальчик впитывал неподвижность парковки, расположение припаркованных машин.

Он отошел в сторону, отвернулся от Байрона Пью, наклонившись назад, как будто пытаясь дотянуться до чего-то, вновь повернул туловище вперед в резком движении, его левая рука вытянулась и замахнулась в воздухе с импульсом всего веса его тела, поднялась и самой мощной частью предплечья врезалась в шею Байрона Пью. Байрон упал, как будто его удерживала веревка, которая внезапно оборвалась.

Всегда держи при себе рулон – лучше два – клейкой ленты, советовал ему Иван.

Три дня спустя он обнаружил, что ночью попасть в Праутс-Нек на удивление легко. Разошлись по домам юные стражи, охранявшие деревянные заборы. Опустели улицы. Он смог подъехать прямо к дыре в изгороди, окружавшей дом Бьюэллов. Света не было – за исключением синего уличного фонаря, который он помнил.

Время исчезло. Все стало таким знакомым. Казалось, прошел всего час с тех пор, как он вышел через заднюю дверь на террасу. На том месте под высоким дубом они разбили палатку.