Кольцо половецкого хана - Наталья Николаевна Александрова Страница 109

Две переплетающиеся серебряные змеи со сверкающими глазами… два древних кольца…

— Все верно! — кивнула богиня, подтверждая ее догадку.

— Что же мне с ними делать?

— Ты знаешь! — повторила богиня.

И Лёля поняла, что действительно знает.

Но ее удивительная собеседница плавным жестом остановила Лёлю и проговорила:

— Прежде чем мы завершим наши дела, скажи, что ты хочешь для себя. Ты это заслужила.

— Для себя? Для себя мне ничего не нужно, — ответила Лёля поспешно, боясь передумать. — Единственное, я хотела бы, чтобы были наказаны те, кто… ты знаешь…

Перед глазами ее встало лицо Петровича. От раны на горле казалось, что на лице его застыла жуткая улыбка.

— Знаю. И это уже делается…

— Тогда это все, — твердо сказала Лёля и добавила про себя, что со своими делами она уж как-нибудь сама разберется.

Лёля сняла кольца с руки и протянула их этой удивительной женщине…

И тут же мир вокруг нее снова задрожал, заколебался, а затем воздух сделался нежно-золотистым, в нем замелькали разноцветные живые огоньки…

Эти огоньки мерцали все ярче и ярче…

И вдруг все погасло.

Лёля стояла на улице, напротив нее мигала розовым и голубым неоном вывеска кафе. Ну да — это те самые разноцветные живые огоньки, которые она только что видела…

Это было то самое кафе, рядом с которым была дверь с кодовым замком… дверь, в которую она входила дважды — один раз много лет назад, с Лёней, и второй раз — недавно…

Дверь, через которую она дважды попадала в домик на крыше…

Дверь?

Никакой двери рядом с кафе не было — там была глухая кирпичная стена…

— Ну-ну, — усмехнулась Лёля, — знаем мы ваши приколы. Небось, и домика на крыше нету, и этот йети мне приснился, и кофе он варить не умеет…

Но нет. На языке еще чувствовался вкус изумительного кофе. Ну не может быть такой четкой галлюцинации!

Хан и князь плыли все быстрее, и все громче становился гул.

Наконец они поняли, что река несет их к водопаду, низвергающемуся с огромной высоты.

Они попытались выплыть к берегу, но течение было слишком сильным, с ним невозможно было справиться…

И вот они перевалили через край водопада — и полетели в сверкающую, грохочущую бездну…

И очнулись.

Они стояли посреди пологого каменистого склона, перед ними была тропа, пересекающая этот склон и ведущая к двум черным скалам, похожим на два клыка неведомого зверя.

И тут над ними прогремел некий голос, звучащий ниоткуда — и сразу со всех сторон:

— Идите, вас ждут!

Побратимы пошли вперед.

Они пересекли каменную пустошь, подошли к двум скалам, прошли между ними.

Далее тропа разделилась.

Одна шла направо, спускаясь в долину, другая — налево, выше в горы.

И снова зазвучал тот же голос:

— Отсюда пути ваши разделяются. Одному из вас следует идти вверх, другому — вниз!

Молодой князь пошел вверх, половецкий хан зашагал по нижней тропе.

Князь смотрел на своего удаляющегося побратима.

Вдруг тот остановился.

И в то же время из сгущающихся сумерек выступила призрачная фигура воина, который вел в поводу двух коней.

Призрачный воин подошел к Шарукану, помог ему сесть на одного из коней, сам сел на второго.

Шарукан, теперь уже конный, двинулся дальше по нижней тропе.

Тут же из сумерек выехало еще множество призрачных всадников и медленным шагом двинулись вслед за ханом.

Впереди этой призрачной процессии ехал всадник, в руках которого была пика с племенной тамгой — две сплетающиеся змеи…