Ночное плавание - Меган Голдин Страница 11

Район, где ее убили, пользовался популярностью у студентов, которые снимали жилье вне кампуса. Как лесной пожар, распространился слух, что ее убил серийный убийца. Можете себе представить панику.

Вдобавок еще копы посоветовали женщинам, живущим в этом районе, быть осторожными. Знаете, как обычно. Зажимайте ключи в кулаке, чтобы использовать как оружие. Держите телефон в руке и звоните девять-один-один, если за вами кто-то идет или вам страшно. Если бы каждая женщина, которой страшно, набирала девять-один-один, коммутатор расплавился бы. Женщины живут с этим каждый день своей жизни.

Многим женщинам казалось, что копы винили Девочку-Кошку, а не насильника и убийцу. Эти женщины утверждали, что женщины должны ходить, где хотят и когда хотят. Если они идут домой поздно вечером через парк, нельзя критиковать их за это. И уж точно нельзя их за это насиловать и убивать.

Когда случайный стрелок расстреливает школьников, никто не спрашивает, должны ли были жертвы принимать больше мер предосторожности. Никто не намекает, что, может быть, жертвам надо было пропустить школу в этот день. Никто никогда не винит жертв.

Так почему же, когда нападают на женщин, ответственность возлагают на них? Если бы она не пошла домой одна. Если бы она не срезала через парк. Если бы она взяла такси.

Когда речь заходит об изнасиловании, мне кажется, все время раздается «если бы». Но не в отношении мужчины. Никто никогда не говорит: «Если бы он не изнасиловал ее». Всегда говорят про женщину. Если бы…

Подбирая возможные дела для третьего сезона, я много думала о Девочке-Кошке и о том, что с ней случилось. Особенно я думала о том, как ее обвиняли в собственном изнасиловании и убийстве.

Тогда я услышала о предстоящем судебном разбирательстве в Неаполисе. Что-то в этом деле так глубоко затронуло меня, что я не могла отделаться от мыслей о нем. Оно напомнило мне дело Девочки-Кошки, хотя дело в Неаполисе во многом отличается. Почти во всем.

Общее только одно. Игра «Обвини жертву». Это совсем не изменилось. Как в случае с Девочкой-Кошкой, я все время слышу, как люди обвиняют девочку из Неаполиса.

Это суд не над жертвой. Он над человеком, которого обвиняют в ее изнасиловании. Тем не менее у вас может сложиться ошибочное впечатление, что жертву тоже судят, потому что, как и в большинстве судов по изнасилованиям, в основе дела лежат его слова против ее слов. Предполагаемый насильник и предполагаемая жертва. Кто из них говорит правду?

Суд начинается на следующей неделе. Мы будем там вместе. Посмотрим, куда приведут нас доказательства.

Меня зовут Рэйчел Кролл, и это подкаст «Виновен или нет», который переносит вас на скамью присяжных.