Мерривейл, Марч и убийство - Джон Диксон Карр Страница 122

— У вас что-то на уме! Вы сами знаете! Я поняла это по вашему лицу. В чем дело? Даже сейчас вы не верите в нашу историю? Я клянусь, что к тому костюму не прикасались неделю!

— О, вот вы о чем? – сказал полковник так, словно теперь ему все стало ясно. – Как раз этому я верю.

— Тогда в чем дело? О чем вы думали?

— Ну, – сказал полковник Марч, – раз уж вы спросили, то я думал о собаке.

— О собаке? – в недоумении спросила она.

— О собаке леди Патриции Мортлейк. Неприятный пес. К тому же я не люблю пекинесов. – Полковник Марч задумался. – Однако я обратил внимание на одну его особенность. Флопит не проявляет никакого интереса к незнакомцам. Ему можно предъявить всех сотрудников Скотленд-Ярда, а он не то что не залает, даже глаз не откроет. Этот пес лает, только когда чует запах или видит кого-то знакомого. Так что если вчера здесь находился Габриель Фиск, то я не понимаю, почему Флопит поднял такой шум и привлек внимание леди Патриции Мортлейк к вам обоим.

Все это время Вильгельмина не сводила с него голубых глаз, а ее лицо пусть и раскраснелось от смущения, но сохранило шаловливую живость. И тогда полковник Марч сказал свое последнее слово.

— Держитесь за него крепче, – сказал он еще тише. – Вы намного больше подходите ему, чем та знатная строптивица, которая распланирует его жизнь до последнего музыкального вечера и приема.

— Я давно люблю Фрэнка Хейла, – призналась девушка. – Но думала, для него будет лучше, если мы скажем…

— Ни вам, ни вашему дяде не стоит лгать, чтобы угодить ей, – сказал полковник Марч. – Что же касается Хейла, то, похоже, в нем еще остались проблески человечности. Рядом с вами, даст бог, он станет видным политиком. До свидания, мисс Вильсон. Пойдемте, Роберт, поищем более странные жалобы.