Амурские волки - Коллектив авторов Страница 123

«Хороша! Ах как хороша! Сколько в ней силы и страсти!»

Марфа, несколько смущенная его взглядом, отвернула голову к стене. А доктор между тем не переставая болтал различный вздор, пересыпая его комплиментами девушке. Самый осмотр продолжался ненужно долго. Марфа морщилась и сурово смотрела в одутловатое лицо доктора.

— Хорошо, хорошо! Все у вас тут прелестно.

Марфа совсем нахмурилась, глаза сделались злыми, колючими.

— Никаких признаков беременности! – закончил свой осмотр доктор. – Ни малейших! Есть показания на пустячную маточную болезнь. Но с этим мы живо справимся. Вам совершенно нечего беспокоиться. Придется делать только незначительную операцию.

— Операцию! – испугалась Марфа.

— Вы не пугайтесь! Это пустяки. Так, чуть-чуть почистить придется матку. Совершенные пустяки. Самая приятная операция. Только… вам все же придется после этого полежать дня три.

— Полежать? Где, в больнице?

— Нет, не в больнице. У меня есть тут такое помещение… в этом же дворе.

— Но это невозможно, доктор! Что я скажу дома?

— Да-да! Я это упустил из виду… А вы разве не можете куда-нибудь уехать? Ну, в гости, к подруге?

— Есть у меня подруга в селе. А только как я ей-то скажу? Нельзя ли, доктор, не лежать?

— Как, совсем? Сейчас после операции домой?

— Ну да!

Доктор внимательно посмотрел на Марфу.

— Можно, конечно. Вы девушка здоровая. Но все же рискованно.

— А если я… приеду от вас и сейчас же лягу в постель.

— Разве что так. Конечно, если иначе нельзя, то придется остановиться на этом… способе лечения. Но все же, если температура начнет подниматься, сейчас же посылайте за мной. Купите термометр и как можно чаще измеряйте температуру… А теперь мы можем позвать вашего друга.

И доктор позвал в кабинет Балюшевича.

— Как я и предполагал, вы ошиблись, – встретил его доктор. – На беременность нет никаких показаний.

— Значит, все благополучно? – обрадовался Балюшевич, обманутый тоном доктора.

— Гм… Не все, положим, благополучно. Придется маленькую операцию сделать, но это такие пустяки, что не стоит даже и говорить. Я уже объяснил. И теперь нам остается только назначить день операции. Вам когда это удобно? – спросил доктор, обращаясь к Марфе.

— Если можно, то во вторник. Часов в двенадцать дня. Я свободна в этот день от десяти часов и до двух дня. Достаточно вам этого?

— О! Совершенно достаточно! Вы так и сделайте! Как только освободитесь, так и приезжайте сюда. Тут вас до меня акушерка приготовит к операции, а я так около половины двенадцатого приеду, и мы займемся вами. К часу или к половине второго вы уже будете свободны и можете ехать домой.

— Хорошо, – согласилась Марфа, – я могу ехать теперь?

— Пожалуйста. А мы тут еще потолкуем.

Марфа вышла.

— Прекрасная девушка, – начал доктор, как только затворилась дверь за Марфой. – Просто жаль, что… она не беременна. Прекрасный ребенок был бы… Завидую вам.

Балюшевич поморщился.

— Я, доктор, тут ни при чем. И завидовать мне нет ни причин, ни поводов.

— Молчу, молчу… Не сердитесь, пожалуйста, – замахал руками доктор. – Дело житейское… Со всяким бывает.

— Виноват, доктор! – перебил его Балюшевич. – Мне нужно будет приехать во вторник?

— А это как хотите. Это от вас зависит, от вашего желания или нежелания. Нам вы не нужны.

— В таком случае разрешите поговорить о вознаграждении.