Арктическое зло - Джим Чайковски Страница 13

Борелли постарался умерить энтузиазм Кускова.

— Мне знакомо заявление фон Дабелова. Оно является очень сомнительным; скорее всего, речь идет о подделке. Больше того, вполне вероятно, что Золотая библиотека не сохранилась до нашего времени. Возможно, она давным-давно сгорела или была уничтожена.

Игорь покачал головой, отказываясь принять это.

— Иван Грозный высоко ценил это собрание и пригласил полчища переводчиков для работы с книгами. Документально зафиксировано, что царь умышленно спрятал собрание где-то под землей – в Москве или где-то в другом месте. Есть рассказы о том, что Грозный обнаружил среди книг какие-то мистические тексты, которые якобы должны были сделать Русь могущественной. Это убеждение было настолько твердым, что многие ученые, занимавшиеся переводом книг, бросили работу и бежали, опасаясь того, что царь воспользуется черной магией, обнаруженной в книгах, чтобы сотворить великое зло.

Борелли бросил на него скептический взгляд.

— Не важно, есть ли правда в этих легендах, – пожал плечами Игорь. – Достоверно известно, что Грозный верил в то, что будущее Русского государства связано с этой библиотекой. А если царь действительно считал собрание книг таким ценным, он обязательно постарался бы спрятать ее получше и ни в коем случае не допустил бы ее уничтожения.

В их спор вмешался Вадим, которому, похоже, была абсолютно безразлична эзотерика пропавших библиотек.

— Взгляните! – указал на сундук он. – Там что-то сияет. Внизу, в глубине.

Склонившись к сундуку, Борелли посмотрел туда, куда указывал Вадим.

— Что вы имеете в виду?

— Под верхним рядом книг. – Вадим шагнул вперед. – Сейчас покажу.

Он ухватился за ручки дубового ящика с книгами, собираясь вытащить его из сундука.

— Ни в коем случае! – окликнул его Борелли.

— Не смей! – подхватил Игорь.

Не обращая на них внимания, Вадим вынул верхний ящик из сундука.

Убедившись в том, что исправить что-либо уже поздно, Борелли замахал студенту руками.

— Осторожнее! Отнесите ящик в сторону и бережно опустите на пол. На сухое место. Нужно сфотографировать его и лежащие в нем книги.

Тяжело дыша, Вадим отошел от сундука, сгибаясь под тяжестью ноши.

Покачав головой, Борелли проводил его взглядом.

— Он был прав, – сказал Игорь, привлекая к себе внимание монсеньора.

Подойдя к сундуку, Борелли посветил фонариком в его недра. Следующий уровень был заполнен такими же книгами, однако средний ряд занимал набор из девяти фолиантов. Борелли прочитал названия на корешках.

— О господи, это же полное собрание «Истории» Геродота! – Он ахнул, глядя на рукописи пятого века до нашей эры. – До сих пор еще не было обнаружено ни одного нетронутого собрания! Готов поспорить, эти книги древнее «Амиатинского кодекса»[17] из флорентийской библиотеки Лоренцо Медичи! Та рукопись служила образцом для более поздних переводов.

— Но почему только четвертый том собрания покрыт золотым окладом?

Борелли озадаченно нахмурился. Все девять томов были в кожаных переплетах, однако лишь четвертый был украшен золотом. Именно отразившиеся от благородного металла отблески и привлекли внимание Вадима.

Не в силах удержаться, Борелли протянул руку и осторожно взял том. Не сказав ни слова, Игорь шагнул к нему, также переполненный любопытством. Когда Борелли извлекал фолиант из сундука, внутри что-то щелкнуло, настолько громко, что они оба отпрянули назад.