Пять убийственных игр - Лэй Цзюнь Страница 147

— В онлайн-игре? – Меня осенило. – А! Это паренек, который без остановки говорил о том, какой уникальный меч у него украли?

— Он говорил о Багряном дожде, – уточнила журналистка. – Несмотря на то что это всего лишь реквизит в онлайн-игре, его стоимость достигает шестисот тысяч юаней.

Да, я вспомнил. Возможно, именно поэтому поведение паренька было довольно агрессивным и он постоянно кричал: «Если сможете вернуть меч, я перечислю вам пятьсот нефритовых самородков в качестве гонорара… Вы хоть знаете, сколько это в реальных деньгах?» И все в таком духе. Очевидно, человек, который посоветовал ему прийти сюда, совершенно не знал моего друга.

Так или иначе, у нас не было намерений быть жестокими по отношению к парнишке – ему на вид было лет двадцать. Если бы мы не захотели вмешиваться в это дело, могли бы просто сразу же отказаться. Фан Чэн же, однако, заинтересовался и ушел с головой в толстую стопку материалов, принесенных пареньком. Помимо Братца, которого обвиняли в краже, Фан Чэну необходимо было разузнать все и о других игроках, фигурирующих в записях, таких как дядя Шу и Обруч. Но когда юноша заистерил, мы, отказав, выставили его. Неудивительно, что он так разозлился…

Секунду, другие игроки? Янь Сяохуэй… Янь… Хуэй[99]…

— Уж не вы ли, – меня внезапно осенило, – Золушка?

Я попал в яблочко; журналистка на мгновение смутилась, а затем рефлекторно поправила очки.

— Я, – призналась она. – Как известно, онлайн-игры сейчас очень популярны, и многие из них предоставляют платный реквизит. Игроки получают преимущества в игре до тех пор, пока продолжают платить, а цены там довольно высокие – Багряный дождь отличный тому пример. Но значительная часть людей, на которых нацелены эти игры, – школьники без дохода, несовершеннолетние, не обладающие полной гражданской ответственностью. Это непременно должно оказывать негативное влияние на формирование ценностей у молодежи. Полгода назад я приступила к написанию большого материала, надеясь привлечь внимание общественности к феномену онлайн-игр.

— Итак, – я сразу зауважал ее, – вы решили зарегистрироваться в игре, чтобы получать информацию «в полевых условиях»?

— Да, – кивнула Янь Сяохуэй. – Нельзя отрицать, что в онлайн-играх есть свое очарование. Однако меня больше интересуют молодые люди, которые от них зависимы, – их мысли, повседневная жизнь и поведение вне игры. Поэтому я старалась взаимодействовать с ними как обычный игрок, стремилась подружиться с ними и понять их. Но никак не ожидала, что произойдет такая трагедия.

«Происшествие» превратилось в «трагедию»? Ого…

— О чем вы? Что произошло?

Лицо журналистки сразу помрачнело, и через пару мгновений молчания она тихо произнесла:

— Две недели назад Цзя Мянь скончался.

КРРРК!

Бедный карандаш в руках Фан Чэна переломился, издав пронзительный треск.

— Кстати, это Фан Чэн, – сказал я как можно беззаботнее, чтобы не заострять внимание на эмоциональном всплеске моего друга.

Янь Сяохуэй слегка кивнула мне и пошла в угол, где сидел он.

— Здравствуйте, доктор Фан Чэн… – Она протянула ладонь для рукопожатия. – А-а-а!!!

Я подбежал на крик и увидел обломок карандаша, застрявший в правой руке Фан Чэна; из раны уже текла кровь. Сам он выглядел абсолютно потерянным, словно готов был лишиться чувств. Али непонятно откуда достала спирт и бинты. Пока она делала перевязку, он морщился от боли.