Большая махинация - Балдуин Гроллер Страница 165

— Но, господин Маухардт!

— Я порядочный человек, студент университета, и требую соответствующего обращения. Разве я вор? Пусть ваш коллега докажет это, если сможет! А если не сможет, готов ли он тогда дать мне удовлетворение за нанесенное оскорбление? И передайте, что, если он откажется, я воспользуюсь этим правом сам!

— А я заявляю вам, – вспылил Скрински, – что отчитываюсь только перед своим начальством, а не перед вами!

Вайнлих что-то тихо сказал Скрински, после чего тот немного успокоился и продолжил:

— Теперь перейду к изложению дальнейших событий. После задержания обвиняемый был направлен в полицейское управление для антропометрической фиксации.

— Идиотизм! – проворчал Маухардт. – Теперь я еще и окажусь в одном альбоме с преступниками.

— Все делалось мною согласно инструкции, – продолжил комиссар. – При личном обыске у задержанного были обнаружены следующие предметы: носовой платок…

— Несомненная улика! – саркастически заметил Маухардт.

— …часы с цепочкой, кошелек с семью кронами, портмоне… – Скрински принялся демонстрировать каждый из названных предметов.

— С моими визитными карточками и листком с адресом!

— …с несколькими визитками и двумя двадцатикроновыми банкнотами.

— Наверняка тоже украденными!

— Я этого не утверждал. Мы подходим к более компрометирующим вещам: удостоверение личности, серебряный портсигар…

— Крайне подозрительные предметы!

— Пока нет, господин Маухардт. Далее… Ключ. Вероятно, от вашей квартиры, так что он тоже вряд ли представляет особый интерес, но…

— Это ключ от нашей садовой калитки! – вдруг воскликнула мисс Грант.

Комиссар удивленно взглянул на нее.

— Да? Этого мы не знали. Но теперь это многое проясняет. Мисс Грант, вы можете с уверенностью утверждать, что это ваш садовый ключ?

— С полной уверенностью. Я хорошо знаю наши ключи.

— Возможно ли, чтобы это был дубликат, изготовленный с определенной целью?

— В таком случае он очень хорошо скопирован.

— Дубликаты делаются всегда делаются идентичными, иначе они не откроют замок!

— Я говорю не только о бородке ключа, но и о том, как он выглядит в целом.

— Понятно. Ну, господин Маухардт, что вы на это скажете?

— Ничего.

— Хорошо. Продолжим. Наконец, у обвиняемого под одеждой был спрятан…

— Спрятан?

— Именно спрятан, поскольку украшения обычно носят на виду! Кулон в форме розетки на тонкой золотой венецианской цепочке с крупным темно-зеленым камнем, который пока еще не идентифицировали наши специалисты.

— Его легко идентифицировать, господин обер-комиссар, – заметил Маухардт. – Это яшма. Украшение не представляет особой ценности.

— Допустим, что яшма. Но насчет «не представляет ценности» позволю себе не согласиться! Я вижу, господин Маухардт – большой знаток и любитель камней, ведь эта самая яшма окружена семью бриллиантами. И они-то как раз имеют очень большую ценность. Ибо камни крупные и чистой воды.

Лицо Маухардта выразило смятение.

— Я не знал… – начал он явно смущенно, – не знал, что эти камни настолько ценны, иначе…

— Что иначе?

— Мне нечего больше добавить. Я лишь хочу заявить, что понятия не имел об их ценности.

— Вы же вроде знаток камней и ювелирных изделий?!

— Никогда не видел бриллиантов…

— Верю!

— Верите вы или нет – мне безразлично! Но я утверждаю, что у меня никогда в жизни не было драгоценных камней и я никогда с ними не сталкивался. Я действительно не знал, что это украшение такое дорогое.