Арктическое зло - Джим Чайковски Страница 169

— Какова вероятность того, что мы застрянем во льдах? – спросила она у капитана.

— Мы можем двигаться назад практически с такой же скоростью, как и вперед, – пожал плечами тот. – И в настоящий момент для движения корабля мы задействуем мощность всего одного реактора. Второй пока что работает в холостом режиме.

Сейхан нахмурилась, всем своим видом показывая, что капитан не ответил на ее вопрос.

— Невысокая, но не нулевая, – признался Келли. – Ледовая обстановка непостоянная и может неожиданно измениться вследствие течений. Бывает, разбитый лед смыкается за кормой ледокола, беря его в плен. Несколько лет назад такое произошло с российским научно-исследовательским судном у берегов Антарктиды. Всех, кто находился на борту, пришлось вывозить вертолетами[39].

— Мистер Мерфи, – обратился к штурману Грей, – сколько еще времени нам добираться до района поисков?

— Сейчас ледокол развивает неплохую скорость, – ответил Байрон. – Так что еще часа три, а может быть, и того меньше. Однако лед станет толще очень быстро. Когда мы окажемся в районе поисков, ледокол будет двигаться очень медленно.

— Что насчет локатора? – не унималась Сейхан. – Пока что он ничего не показывает?

Штурман покачал головой:

— Как я уже говорил, здесь никогда не находили никаких островов. – Он виновато посмотрел на чукчу.

Омрын Аккай стоял совершенно невозмутимо, скрестив руки на груди. Определенно, новейшие технологии не поколебали его уверенность в том, что его дед сказал правду.

Даже штурман разделял его сомнения.

— Солнечная буря по-прежнему мешает работе систем корабля. Будем надеяться, она закончится к тому времени, как мы выйдем в район поисков.

Джейсон оглянулся на радиорубку. Вот уже час он постоянно сновал между мостиком и радистом, пытаясь связаться с командованием «Сигмы» или группой Монка в Северодвинске. Пока что ему не удавалось ни то, ни другое.

— Если солнечная буря влияет на работу локатора, – предположил Грей, – быть может, впереди все же есть что-то?

— Насколько хорошо изучена эта часть Арктики? – кивнув, поддержала его Анна.

— Морская поверхность? Достаточно хорошо. Спутники непрерывно отслеживают размеры полярной ледовой шапки. Но вот что подо льдом… Тут мало что известно. Лишь небольшая часть морского дна изучена в соответствии с современными стандартами. Примерно двадцать процентов. А с Северным Ледовитым океаном дело значительно хуже. Здесь всего пять процентов.

— Что насчет Восточно-Сибирского моря? – спросил Джейсон.

— Тут всё еще хуже, – признался Байрон. – Мы уже упоминали о том, что этот уголок Арктики изучен хуже всего. В то время как прибрежные воды Восточно-Сибирского моря нанесены на точные карты благодаря тому, что по ним проходит Северный морской путь, вдали от берега не обозначено практически ничего.

— И, насколько я помню, глубины там очень небольшие, – добавила Анна.

— Самые маленькие во всей Арктике – что делает плавание там особенно опасным.

— В таком случае вполне возможно, – хмуро посмотрела на него Сейхан, – что вершина высокой подводной горы погребена под толщей льда, отчего ее невозможно обнаружить со спутников?

— К тому же этот остров обладает сильными магнитными свойствами, – кивнул Грей. – По сути дела, глыба магнитного железняка. Быть может, обладающая достаточно сильным электромагнитным полем, которое ее скрывает. Такое вполне может быть здесь, в высоких полярных широтах, где воздух сильно ионизирован, а магнитосфера постоянно подвергается бомбардировке со стороны солнечного ветра.