Неестественная смерть - Лю Сяохуэй Страница 179

— Братец Сяохуэй, посмотри!

Я присел на корточки и увидел явную костную шпору на большой берцовой кости правой икры скелета. Костная шпора является проявлением перелома после его заживления и указывает на то, что у погибшего был перелом большеберцовой кости. Судя по анализу ее внешнего вида, время перелома не могло быть недавним. Этот костный нарост был заметно толще, чем другие части, и большеберцовая кость несколько искривлена. При измерении длина левой ноги оказалась на пять сантиметров меньше, чем правой, что свидетельствовало о неправильном лечении перелома, а это, в свою очередь, привело к заживлению с деформацией. Можно было сделать вывод, что покойный при жизни был калекой.

Хромота – это довольно важный признак, который может быть использован для идентификации личности и дает большую уверенность в том, что она, по-видимому, находится уже на расстоянии вытянутой руки.

Кроме этого, у скелета не было никаких других явных переломов. Мы извлекли несколько костей рядом с желудком и приготовились отправить их в муниципальное управление для планового исследования на предмет отравления.

Ли Чжэн, казалось, была чем-то недовольна:

— Братец Сяохуэй, я все время чувствую какое-то беспокойство. Можем ли мы еще что-нибудь сделать?

— Можем… – Я вздохнул. – В настоящее время причина смерти не установлена. Кости погибшего не были существенно повреждены. Он был замурован в мостовой опоре. С точки зрения здравого смысла вполне вероятно, что он умер от удушья, но нам нужно найти какие-нибудь доказательства.

— Да, необходимо решить, была ли он замурован в опоре моста при жизни или после смерти, – задумчиво произнесла Ли Чжэн. – Но как мы можем это решить?

— Не волнуйся, перед нами все-таки целый скелет! – Я улыбнулся, уже поняв, как определить причину смерти.

Я окинул взглядом горку кусков бетона, сложенную в углу, и мне в голову пришла идея. Возможно, на этот раз мы также сможем использовать нетрадиционный метод проверки для идентификации личности…

— Ты когда-нибудь играла с гипсовыми статуэтками, когда была ребенком? – спросил я Ли Чжэн.

Видя ее растерянный вид, я бросил взгляд на куски цемента, лежащие на полу.

— Я поняла! – внезапно воскликнула Ли Чжэн. – Ты потрясающий, братец Лю!

Все верно, я просто хотел использовать эти куски цемента, чтобы собрать заново в единое целое модель для восстановления конкретной формы трупа.

Сказано – сделано. Мы втроем принялись собирать бетонную «броню», которую только что разрезали пожарные, и обмотали ее скотчем, оставив только дыру на макушке.

После всего этого мы с Ли Чжэн молча посмотрели на Ван Мэна. Тот попятился.

— Ничего! Для того, чтобы раскрыть дело, любые средства хороши!

Ван Мэн принес две очень большие сумки:

— Это все, что было в наличии на складе.

Вместе мы насыпали гипсовый порошок, который первоначально использовался для закрепления следов, в бетонную оболочку, а затем медленно добавили в него воду. Ожидая, пока гипс затвердеет, я нашел специальную пустую емкость для хранения органов. Емкость была очень большой, и в нее поместили череп и зубы покойного.

Затем я достал из аптечного шкафа несколько бутылок обезвоженного этанола и перелил его в большую емкость. Анатомический кабинет внезапно наполнился сильным запахом водки. Ван Мэн с довольным видом сделал глубокий вдох, всем своим видом демонстрируя наслаждение, а у меня все тело покрылось гусиной кожей.