Игра вслепую - Лэй Цзюнь Страница 18

Осознание существования зрения и того факта, что я не могу использовать это чувство, пришло ко мне примерно в прошлом году, перед Рождеством или после. К настоящему времени я уже был, можно сказать, довольно хорошо знаком со связанными с этим понятиями.

Рядом раздавались скрип лестницы и шорох от взмахов перьевой метлы; несколько пылинок упали мне на лицо. Я интуитивно почувствовал приближающуюся опасность и сразу же ловко отпрыгнул в сторону, едва избежав последовавшей затем бомбардировки пылью и паутиной.

— Ох! – крикнула сверху матушка Хэ. – А-Да, прости, я не знала, что ты внизу…

— Я в порядке. – Укрывшись за пределами зоны поражения, я оскалился в улыбке в сторону источника звука. В последнее время я тренировался в использовании различных выражений лица. Хотя я не вижу лиц других, могу использовать собственную мимику – все новое всегда очень интересно.

— Ты куда это собрался?

— Вода грязная, я иду за новой. – Я поднял ведро в руке.

— Какой ты уже самостоятельный! – рассмеялась матушка Хэ. – Тогда смотри не упади.

Ощупывая стену, я из угла игровой комнаты вышел в большой коридор Восточного флигеля. Большой коридор располагался в западной части флигеля; сбоку шел целый ряд окон, выходящих во двор. Днем благодаря обильному солнечному свету здесь всегда было теплее, чем в других местах, что очень приятно ощущается зимой. В конце большого коридора находились несколько спален, плотно заставленных двухъярусными кроватями с железными каркасами. Кроме меня, все остальные дети спали там. Водопровод был расположен в средней части коридора, по обеим сторонам от него выстроились в ряд несколько дверей – ванная и туалет. Про туалет и говорить было нечего, ванная же всегда источала запах мыла, так что я без труда вошел в правильную дверь.

У водопровода сейчас никого не было – школьники уже отнесли сушить во двор постиранные простыни, сквозь окно было слышно их хихиканье. Покрытые ржавчиной водопроводные трубы тянулись из-за двери, проходили через счетчики воды с пластиковыми крышками, поворачивали в углу под девяносто градусов и подключались к четырем стоящим в ряд водопроводным кранам.

Я вылил грязную воду, на ощупь поставил пустое ведро прямо под кран, слегка повернул его, и водопроводная вода хлынула потоком, ударив в металлическое дно ведра с грохотом барабана. Я положил запястье на край ведра, ладонью уперся во внутреннюю стенку и, когда холодная вода почти достигла кончиков пальцев, закрыл кран. Подняв ведро со свежей водой, я мгновенно ощутил, как мое настроение стало легким. Ведро в руках казалось невесомым. Я парящей походкой сделал шаг, направляясь обратно прежним путем, – Сяо Моли наверняка уже заждалась.

И в этот момент в правой ноге у меня возникло онемение – я ударился обо что-то, чего там только что не было. Тело сразу потеряло равновесие, я невольно полетел вперед; ведро вырвалось из рук, с грохотом ударилось о стену, и вся вода из него выплеснулась. Я еще не успел огорчиться из-за этой потери, как почувствовал резкую боль в носу, сильно ударившись головой о пол. Вокруг зазвучали беспорядочные шаги. Я сидел на мокром полу в оцепенении, наполовину промокший. Много людей звали меня по имени. По лицу все еще стекала вода. Я инстинктивно потянулся потрогать – она оказалась теплой; две капли попали в рот, и на вкус они оказались солоноватыми и противными. Затем я уже не мог разобрать, сижу ли еще. Накатило сильное головокружение, и я лишь чувствовал, что голова раскалывается от боли. Я ничего не слышал, в ушах стоял лишь гулкий звон…