Общество забытых мучеников - Анви Рид Страница 18

Но веселье было недолгим. Люди верили слухам. Принимали вымысел за чистую монету. И Ноа, как главный сплетник, придумал новую историю – о том, что в колокольне обитает дух погибшего студента. Дух жаждал крови тех, кто вторгался в его владения. Да. Ноа поднапрягся и разыграл пару сцен в колокольне, прикинувшись тем самым призраком. Пошуметь, подкинуть веревку, напоминая о висельнике, оставить следы от ботинок на полу и стенах. Тем же вечером во время ужина по трапезной пробежал шепот, разнося новость о страшном монстре. А через пару дней все и вовсе позабыли о колокольне.

Внутри пахло плесенью, покрывавшей стены. Винтовая лестница держалась на честном слове и скрипела при каждом шаге, будто предупреждая, что вот-вот обвалится под весом Ноа. Поручни сгнили. Ноа цеплялся за выступающие камни и молился всем богам, чтобы те не дали ему упасть.

Соль сидела, свесив ноги, в одной из трех арок, на самом краю, и смотрела вдаль. Ветер играл с ее длинными волосами и вихрем кружил залетевшие сюда по его же вине желтые листья. Они шуршали по каменному полу и, попадая в небольшие лужи, сразу тонули. Колокол мирно висел под крышей, кажется, пряча в своем нутре гнездо щеглов, которые решили встретить зиму бок о бок с исключительными.

— А я все гадал, где ты, зануда, – сказал Ноа.

Соль даже не обернулась.

— Давно ты сюда не заходила.

Ноа не стал садиться к Соль. Слишком уж высоко. Он встал рядом, опершись о стену и глядя на бескрайний лес.

— Умеешь ты испортить момент, – возмутилась Соль.

Она качала ногами и теперь смотрела на землю. Как ее расшнурованные вансы не соскочили – вопрос.

— Так ты встречаешь друзей? – Ноа цокнул. – Я и обидеться могу.

Соль молчала. Лишь шмыгала носом. Ноа не хотел пачкать свои бесподобные штаны в годами копившейся здесь грязи, но все-таки сполз по стене и опустился рядом. Теперь он четко видел лицо Соль, раскрасневшееся от слез и холодного ветра.

— Плачешь? – Наклонив голову, он заглянул ей прямо в глаза.

Соль тут же отвела взгляд.

— Плачешь, – сам себе ответил Ноа.

Пару минут они сидели в тишине.

— Ты хочешь помолчать, зануда? Или хочешь, чтобы я выслушал? Чтобы помог?

Соль не ответила.

— Детка, через десять секунд мое терпение превратится в тыкву. Думаешь, я такой добрый, потому что ты хорошо вела себя в этом году? Нет. Это потому, что завтрак был вкусным и у меня все еще хорошее настроение.

Завтрак не был вкусным. Его, считай, почти и не было. И от этого настроение у Ноа было паршивым.

— Я хочу, чтобы все это закончилось, – тяжело выдохнула Соль. – Мы зашли слишком далеко. Мне больше не весело.

— Ну, это с какой стороны посмотреть.

— Я вчера чуть не умерла, болван! – Соль кинула на Ноа злобный взгляд. – С какой, черт возьми, стороны это может быть весело?

— Ну вот, теперь мне стало стыдно. – Ноа ковырял ногтем мох. – Я не имел в виду, что убийства – это весело, я хотел сказать, что… Я уже и не знаю что.

Повисла неловкая пауза.

— Вчера я без разрешения пришла в зазеркалье. В ее мир. И она очень зла.

Ноа взглянул на Соль. Ее грудь часто вздымалась – дыхание участилось.

— Я не могу смотреть в зеркало. Боюсь, что она сделает что-то плохое. Она уже сделала. – Соль наконец повернулась к Ноа и убрала волосы за ухо. Небольшой порез на ее лице, от скулы до мочки уха, все еще кровоточил.