Элегия - Лу Цюча Страница 19

Я налила себе рюмку, горло сразу же сковала острота, притупившая все остальные вкусы. По моим стандартам это, конечно, и напитком-то назвать нельзя, уж тем более с таким поэтичным названием, как «Вино бессмертных». Скорее похоже на чистый спирт, чуточку разбавленный водой; русским, возможно, понравилось бы.

Не зная, чем еще себя занять, я стала разглядывать эту ярмарку пьяниц, чтобы убить время. Кто-то, хлопая ладонью по столу, голосил противную мелодию, кто-то спал глубоким сном в луже собственной блевотины, кто-то на весь зал хвастался якобы совершенными преступлениями и в следующей же фразе сочинял еще более неправдоподобные преступные планы: как убьет жену или ограбит банк. Но даже самый усердный полицейский, окажись он здесь в штатском, постеснялся бы подслушивать эти пафосные речи. Ведь всем известно, что пьяницы, которые приходят в места, подобные этому, все как один трусы, и никто не совершит того, о чем тут болтает.

Впрочем, возможно, такие темные, тесные, зловонные кабаки – самое безопасное место во всем городе.

Довольно скоро взоры всех пьяных посетителей сосредоточились на мне. Это и неудивительно. По их мнению, из женщин сюда приходили только проститутки в поисках клиентов, а я, как ни посмотри, на проститутку была не похожа. Их взгляды, хоть и не выражали дурных намерений, противно липли к моему лицу, вызывая тошноту.

Наконец у входа появился человек – похоже, директор Ху. Официант оправдал потраченные медные монеты и сразу же привел его ко мне.

Директору Ху было по виду лет сорок, лицо, хотя заросшее щетиной и испещренное морщинками, светилось образованностью, по крайней мере – ее следами из далекого прошлого. На нем был серо-синий шерстяной костюм европейского кроя, который, кажется, не стирали пару месяцев. На локтях виднелись замшевые заплатки, а по низу штанин зияли дырки. Волосы спутались, словно стог сена, переживший ураган, на стеклах очков в золотой оправе блестели капельки масла.

Он выглядел понурым и – поскольку еще не выпил – передвигался словно во сне. Заспанные глаза налились кровью, верхние веки отекли – похоже, он только что встал с постели или вообще еще не проснулся до конца. Я подумала, что его день только-только начинается, а мой, наоборот, подходит к концу.

Он сел напротив меня с выражением сомнения и недоверия на лице.

— Если вы надеетесь, что я помогу найти господина Цэня, можете сразу отбросить эту мысль, – торопливо сказал директор Ху, – я его уже полгода не видел.

— Меня наняли отыскать его дочь.

Я протянула ему визитную карточку, он быстро взглянул и затем бросил ее на стол.

— Это Ачжу вас нанял?

Я покачала головой.

— Кто такой Ачжу?

— Тоже верно, как бы Ачжу вас нанял – он вообще никого нанять не может. – Он посмотрел на бутылку и почти полную рюмку на столе. – Как вы можете пить эту дрянь?

— Мне сказали, это лучшее спиртное, что тут подают.

— А вы не видите, что за публика сюда приходит? – сказал он так, будто сам не один из посетителей, а потом окликнул официанта. – Принеси бутылку западного.

Но официант не кинулся исполнять приказ, а остался стоять, где стоял, и несколько раз подмигнул мне. Делать нечего, пришлось откликнуться на его просьбу: я бросила на стол купюру в пять цзяо и заказала несколько закусок.