Бетонное алиби [сборник] - Алексей Макеев,Николай Леонов Страница 19

Гуров кивнул, не отрывая взгляда от окна. Его пальцы нервно постукивали по колену. Они опоздали. Система сработала быстрее, чем он предполагал. Не бумажной волокитой, не угрозами через юристов — грубым физическим устранением свидетеля. Это меняло правила игры. Теперь это было не просто убийство Корнеева, а продолжающееся преступление.

— Ее не убьют, — сказал Гуров, больше для себя, чем для Крячко. — Не сразу. Она им нужна живой. Чтобы давить на нас. Или как разменную монету использовать.

— Если она вообще жива, — мрачно ответил Крячко. — Рыков не тот человек, который оставляет свидетелей.

Гуров не спорил. Но его внутренний анализ, холодный и методичный, подсказывал иное. Убить Сидорову было бы просто. Но похитить — сложнее и рискованнее. Значит, в этом был дополнительный смысл. Запугать. Показать, что они могут все. Или использовать ее как рычаг давления.

— Нам нужен новый ход, Стас. Они перекрыли один путь — мы идем другим.

Гуров повернулся к напарнику.

— Сидорова подтвердила цепочку: фальсификация акта — давление на Корнеева — его похищение. Это личностная сторона. Но есть и техническая. Обрушение. Они устроили его, чтобы скрыть тело. Но само обрушение — тоже улика. Нужно доказать, что оно было инсценировано.

Крячко хмыкнул, откладывая планшет.

— Техническая экспертиза уже есть. Отчет МЧС и строителей «СтройГаранта» — нарушение технологии, несчастный случай.

— Нам нужен независимый отчет. От специалистов, которых они не купят. И не просто отчет — детальный разбор. Как именно обрушили плиту. Какие материалы использовали. Что там было с бетоном.

— Центр судебных строительно-технических экспертиз? — предположил Крячко. — У них хорошая репутация.

— Нет. Слишком официально. Запрос туда сразу станет известен. На них надавит Галкин через министерство. Нужны частники. Специалисты с именем, которые не боятся. И которые могут работать быстро.

Гуров достал телефон, пролистал контакты. Его пальцы замерли на одном имени: «Прохоров И. В., к. т. н., НИИСМИ». Игорь Владимирович Прохоров, эксперт по строительным конструкциям, с которым они пересекались по делу о подряде на реконструкцию моста. Человек упрямый, педантичный и принципиальный до неприличия.

— Есть кандидат, — сказал Гуров. — Но работать придется неофициально. Пока.

Служебный микроавтобус выехал из спального района и через сорок минут остановился у невзрачного здания НИИ строительных материалов и инженерии на окраине Москвы. Контора Прохорова находилась в подвальном этаже, заваленном образцами бетона, арматуры и потрепанными научными журналами.

Сам Игорь Владимирович, мужчина лет шестидесяти с взъерошенными седыми волосами и живыми глазами за толстыми линзами очков, встретил их без особого энтузиазма.

— Гуров, опять проблемы с бетоном? — проворчал он, отодвигая со стола кипу бумаг. — В прошлый раз я вам месяц доказывал, что тот мост развалился не из-за урагана, а из-за экономии на цементе. Меня потом полгода в комиссию не приглашали. Высокий чин из Минстроя тогда лично намекал, что я слишком усердствую. Но факты — упрямая штука.

— В этот раз масштаб больше, Игорь Владимирович, — сказал Гуров, занимая стул. — Федеральный технопарк «Енисей». Частичное обрушение перекрытия. Официальная версия — нарушение технологии. Наша — инсценировка для сокрытия убийства.