Большая махинация - Балдуин Гроллер Страница 193

— Именно так мне и придется поступить.

— Позвольте мне самым настоятельным образом посоветовать вам не действовать столь неразумно.

— Это необходимо. Разумеется, я вовсе не стремлюсь вернуть ни жену, ни секретаря, ни даже украденные деньги. Есть нечто иное, гораздо более важное.

— Я так и предполагал, ваше сиятельство. Исходя из теперь известной мне предыстории и учитывая, что столь бурные события ничуть не вывели вас из душевного равновесия, можно заключить, что катастрофичность ситуации, в которой вы, по вашим словам, оказались, в чем-то другом.

— Верно подмечено, дорогой Дагоберт. Самое важное еще впереди. Пока все выглядит так, будто я действовал с максимальной осмотрительностью, не так ли?

— С профессиональной точки зрения могу подтвердить, все было исполнено превосходно.

— И все же я оказался ослом, дорогой Дагоберт, и совершил колоссальную глупость. Впрочем, у меня есть оправдание. Ведь все можно оправдать неосмотрительностью? В моем сейфе также хранилась золотая шкатулка, которая для меня дороже жизни. Она тоже исчезла! Вы спросите, как я мог быть так неосторожен, и будете правы. Шкатулка стояла там годами. Я так к ней привык, что часто даже не вспоминал о ней, открывая сейф. Привычка притупляет бдительность. К тому же в последнее время я был так поглощен своими хитроумными планами освобождения, что совсем забыл о величайшем сокровище, которое должен был охранять. Вот и все объяснение, которое я могу предложить.

— Полагаю, ваше сиятельство, вы так тяжело переживаете утрату не из-за материальной ценности пропажи.

— Материальные вопросы в данном случае неважны. Более того, я даже не смог бы точно определить стоимость содержимого этой шкатулки, потому что сейчас уже не помню, находится ли там только документ или еще какие-то ценности. Знаю лишь, что лучше потерять десять миллионов, все свое состояние, чем эту шкатулку.

— Странно! И эту шкатулку нужно вернуть?

— Любой ценой! Никакая цена не будет слишком высокой.

— Ваше сиятельство, простите за вопрос, известили ли вы господина фон Скрински об исчезновении шкатулки и о ее ценности для вас?

— Конечно же нет! Что вы! Об этой шкатулке до сих пор не знает ни один человек, и никто не должен узнать. Моя супруга, возможно, решила, что там хранятся украшения моей покойной первой жены. Если бы это было действительно так! Как бы я ни сожалел о подобной утрате, но смирился бы с ней и никогда не побеспокоил бы власти или вас. Разве что попытался бы выкупить драгоценности обратно… Так что Скрински будет извещен только в самом худшем случае – если шкатулка не найдется или обнаружится, что ее вскрывали.

— Понимаю, ваше сиятельство. Очевидно, это не ваша собственность, а нечто вверенное вам на хранение.

— В некотором роде да, но не совсем. Такие вещи обычно можно возместить, но в моем случае это не так. Скрински знает только об украденных деньгах и пропавшем секретаре. Собственно, его задача – найти секретаря и деньги. Будьте спокойны, господин Дагоберт, с этой задачей он не справится.

— Я и не беспокоился, ваше сиятельство.

— Когда я обнаружил пропажу шкатулки, первой моей мыслью было: нужно позвать Дагоберта!

— Вы очень любезны, ваше сиятельство, но, к сожалению, я должен вновь выразить свою досаду по поводу упущенного драгоценного времени.