Загадка двух жертв - Андрей Посняков Страница 2

– Что вы так смотрите?

– Думаю, как сказать…

– Так и говорите, как думаете!

– Ну-у, наверное, старушкам юбки твои и платья не нравятся. Короткие слишком!

– В точку! – засмеялась Таня. – Еще и прическа моя бесит. Не знаю почему. Косички-то я с детства ненавижу!

– Прическа у тебя клевая!

– Спасибо… Это в Озерске они такие… А в Погорельце еще хуже. Мать к тетке отправляет – с огородом помочь. Вот я и помогаю. Ну, выйду в огород полоть в шортах. Да, они короткие, так ведь я не голая же! И даже не в купальнике… А тетка мамане нажалуется – та за вожжи… Если трезвая. Пьяной-то ей все равно, в чем я.

– Поня-атно, – тренер покачал головой. – В этаком разе меня деревенские старушки тоже вряд ли воспримут.

– Да вы ж городской – за версту видать! Вон как одеты.

– Да обычно одет.

– Для города – обычно. А у нас – просто шик! – Прищурившись, девушка оценивающе оглядела своего спутника так, что тот даже поежился.

Действительно, вполне обычно одет, как все выбравшиеся в деревню горожане. Синяя, на молнии олимпийка, поверх нее – светлый двубортный пиджак, какие в деревнях только по большим праздникам надевают, в обычное время обходясь фуфаечкой либо старой рабочей робой… Синие спортивные штаны – именно штаны, а не треники с пузырями на коленках – кеды… китайские, «Два мяча», – тоже попробуй купи! За спиною, как полагается, рюкзак. Настоящий, брезентовый, а не котомка из картофельного мешка с пришитыми вместо лямок старыми чулками.

– Да, прост шик! – вздохнув, повторила Таня. – Эх, пойду работать – тоже буду себе все покупать!

– А ты поступать никуда не хочешь? А то бы в училище или даже в техникум, в Тянск…

Сорвав по пути березовую веточку – отмахиваться от невесть откуда вдруг взявшихся комаров, – девушка с грустным видом хлопнула ресницами:

– В училище? Хм… А техникум… Скажете тоже! Это ж в Тянск ехать, в общежитии жить… У матери денег таких нету! Так что одна мне дорога – на ферму, скотницей… – Татьяна зло сверкнула глазами. – Ну а что? Да, на утреннюю дойку вставать рано… Зато – зарплата! Платье себе куплю новое, юбку, туфли-лодочки… часики «Заря», знаете, плоские такие…

– Что ж, и на ферме должен кто-то работать…

Поднырнув под ветку раскидистой липы, Дмитрий Сергеевич усмехнулся и неожиданно спросил:

– Таня, а ты какую музыку любишь?

– Разную, – пожала плечами девушка. – Ту, что в клубе у нас крутят. Ну, там «Черный кот», Магомаева, Пьеху… да всякую…

– А я вот – джаз уважаю. «Серенада солнечной долины»… Верно, слыхала? Чат-тануга чу-чу! – закрыв ноздри пальцами, тренер изобразил пыхтение паровоза.

– Ого!

Таня громко расхохоталась и хлопнула в ладоши:

– Здорово у вас получается! Смешно.

– Еще битлов люблю.

– По вам видно… О, пришли, кажется.

За деревьями показались серые, покосившиеся от времени избы с провалившимися, крытыми дранкою крышами и черными глазницами окон. Старый Погорелец, заброшенная не так уж и давно деревня, была признана бесперспективной еще в хрущевские времена, когда грезили агрогородами. Километрах в трех от Старого Погорельца, у грунтовой дороги на Озерск, располагался Новый Погорелец – деревня не сказать чтоб многолюдная, но вполне себе жилая. Туда даже ходили автобусы. Целых два раза в день!

– Вон ваша заброшка! – остановившись, Татьяна указала рукой. – Тут вам и рыбалка, и отдых. А избу можете любую занимать, которая не слишком разваленная… Ну а мне дальше. Тетка, поди, вся уж изошла! Погодите, все сейчас выскажет, мол, вместо того чтоб грядки полоть, на речку сбежала. Как будто я туда на целый день ушла! Всего-то на полчасика…