Хозяйка Красного кладбища - Дарья Гущина Страница 205

— Ищейцу всё нужно, – Сажен сунул сундучок под мышку и снова прихватил меня за шарф как за шиворот.

И, кажется, я начинаю к этому привыкать. К его не шибко романтичным и житейским жестам. К его рукам. И вообще к нему рядом. И пока мне всё это скорее нравится.

Хотела же я найти себе хорошего парня? Бойтесь своих желаний. И продумывайте их тщательнее. Хороший-то будет, а то, что к хорошему ещё много чего разного прилагается, – это твои проблемы.

Мы вернулись вовремя. Едва я вышла из «моста», как Ярь свистнул:

«У нас гость. Покойник с Топких островов. Блёд его уже минут десять уговаривает – не желает человек хорониться. Трётся у северных ворот и отказывается заходить».

— Так, у нас сложный покойник, Саж, – я повернулась, потянулась и поцеловала его в щёку. – Спасибо за всё. Я побежала.

— Но я могу помочь! – возмутился он.

— Можешь, – я взвесила посох – ещё пара «мостов» имеется. – Но, честно, ты мне больше поможешь, если побыстрее доучишься и хорошо выспишься. Иначе от усталости ты протянешь ноги рядом с покойником, и какой тогда от тебя прок? По Долгану всё пришлю завтра утром, – и улыбнулась: – Доброй ночи.

— Доброй, Рдянка. Увидишь след – зови, одна не ходи, – напомнил Сажен. Призвал посох и ушёл «мостом», прихватив сундук.

Правильно, нельзя со старшим по званию спорить, особенно на его земле. И хорошо, что он это понимает. Чрезмерно командовать, конечно, я никем не буду – кроме тех моментов, которые касаются интересов Красного. А в его интересах – новые обученные смотрители. И побольше-побольше.

Завтра же с утра всем меченым напишу. И уговорю. Как-нибудь.

Я выбралась из «моста» у северных ворот и услышала сбивчивое, до праха знакомое:

— Но, уважаемый силд, я же жив. Я хожу, говорю, думаю…

— И сердце у вас бьётся? – мягко поинтересовался Блёднар. – Вы дышите и ощущаете холодный предзимний воздух? Выдыхаете – как я сейчас – облака пара? И вам совсем не холодно, верно?

Пауза, и тихое, отчаянное:

— По живому же режете!.. Ну нельзя же так… и прям сразу!

— А как можно? – очень вежливо спросил Блёднар, стоя возле калитки, но на территории кладбища – дальше ему по договору выходить нельзя.

Я протиснулась мимо своего смотрителя и увидела сухонького, но бодрого старичка – с быстрыми зелёными глазами, крупным носом, лысиной, резкими движениями. Босого, в полосатой пижаме и с метками Красного по левой стороне лица. Своей смертью умер.

— Рдяна, старший смотритель Красного кладбища, – привычно представилась я. – А вы, силд?

— Так Громен же я, – торопливо отозвался старичок. – И живой же я, деточка, как есть…

— Справка о смерти, – Блёднар отдал мне подписанный документ и подхватил с земли сумку с вещами покойника.

Конечно, в такую даль да в беспокойное море родственники с покойником не пойдут. Дождутся весны и приедут – навестить и попрощаться. А пока – наговором выслать справки, вещи…

— Документы по захоронению я родственникам уже отправил, – Блёднар закинул сумку на плечо и указал на покойника посохом: – Осталось уговорить уважаемого силда захорониться.

Силд Громен боязливо оглянулся и рискнул попятиться, но Красное уже учуяло добычу – старичок не смог сдвинуться с места, лишь руками беспокойно замахал.

— Девонька, ну живой же я! – простонал он.

Я провела ладонью по навершию посоха, шепнула наговор и бросила щепоть праха в покойника. Он немедленно засиял алым, как большой огонёк силы. Наверное, теперь я так каждого проверять буду, даже со справками от лекарей, – после живого-то портного…