Сквозь другую ночь - Вадим Панов Страница 207

— Михаил Семёнович! Михаил Семёнович! Учительница сказала, что у нас сегодня будет целых три урока! – Вихрастый веснушчатый мальчишка подбежал к коляске Пелека и прокричал: – Сначала про знания, а потом настоящие.

— А потом мы поедем в парк, – пообещал улыбающийся профессор.

— Правда?

— Конечно. Я ведь обещал.

— Бабушка, дедушка! – Мальчишка бросился к пожилой паре. – Мы поедем в парк.

— Конечно, Данечка, обязательно поедем.

— Сразу после школы.

Мальчишка радостно засмеялся и побежал к своему классу. Пелек проводил его задумчивым взглядом, погладил бороду и только хотел обратиться к семейной паре, как вздрогнул, услышав негромкое:

— Что вы сказали Даниилу о маме?

— Что она уехала в срочную командировку, – размеренно ответил старик. Он на удивление быстро взял себя в руки. – Доброе утро, Феликс.

— Доброе утро, Михаил Семёнович. Поздравляю с первоклассником.

— Позвольте полюбопытствовать, кто у вас ходит в эту гимназию? Племянник?

— У меня нет племянников, Михаил Семёнович, а если бы и были, вряд ли бы они ходили в такое заведение.

— Тогда что вы здесь делаете, Феликс?

— Заехал сказать, что вы необычайно добры к Дарине, Михаил Семёнович.

— Ко всем друзьям Володи, Феликс, вы же знаете.

— Да, Михаил Семёнович, я помню, о чём мы говорили, – мягко подтвердил Вербин.

— Очень хорошо. – Пелек повернулся к подошедшим Дубовым, поднял ладонь, показав, что не намерен слушать то, что они собирались сказать, и вежливо, но холодно произнёс: – Отправляйтесь, пожалуйста, домой. В парк с Даниилом поезжайте без меня, скажете, что меня срочно вызвали на работу. Мне нужно переговорить с молодым человеком. Это важно.

Дубовы молча направились к ожидающему их автомобилю.

— Вы позволили родителям Дарины жить в своём особняке, – заметил Феликс, наблюдая за удаляющимися Дубовыми.

— Я не люблю его после той истории и совсем перестал посещать, – ответил Пелек. – Так почему бы не растить ребёнка на свежем воздухе? Я предложил Дарине переехать в особняк, она сказала, что не хочет покидать город, и мы договорились, что Даниил будет жить с её родителями. Все в плюсе.

— Вы сказали мальчику, кем ему приходитесь?

— До сих пор я был лишён этой возможности, – с лёгкой грустью ответил профессор. – Но теперь всё изменится.

— Вы молчали из-за Таисии?

— Она не заслужила всего этого. – Грусти в голосе стало заметно больше. – Тая искренне любила моего сына, а он… – Пелек сложил на груди руки. – Как вы догадались?

— Мы нашли их логово.

Слово «логово» не вызвало у профессора удивления.

— Я приказал Дарине почистить все следы, – жёстким тоном прокомментировал он сообщение Феликса. – Это было условием сделки.

— Она не смогла избавиться от одной фотографии, – рассказал Вербин. – От одной-единственной фотографии, на которой они вместе. Дарина тоже любила вашего сына, Михаил Семёнович.

— И очень сильно любила. – Старик снова стал грустным.

— И теперь я знаю, что у них было много общего. – Феликс выдержал паузу.

Пелек прекрасно понял её значение, но промолчал. Вздохнул тяжело, но промолчал.

— Эксперты вскрыли ноутбук Дарины и сумели восстановить фотографии, которые Дарина удалила с него по вашему приказу. Вы видели те фотографии?

Профессор отрицательно покачал головой. Молча. То ли боялся, что голос дрогнет, то ли давал понять, что говорить тут не о чем – и так всё ясно.