Мелодия убийства - Валерий Шарапов Страница 27

— Понравился ли вам завтрак?

Перед Зверевым откуда ни возьмись появилась администратор обеденного зала Галочка Шестакова.

— Да, все по высшему разряду! Спасибо!

— Может, желаете еще что-нибудь?

— Нет, спасибо…

— Я вижу, вы выпили сок, так, может, выпьете чаю, кофе или еще чего… можно покрепче? Как насчет армянского коньяка?

— Ну уж нет… Еще раз спасибо. – Зверев уже начал злиться от такой навязчивости. Галочка была явно не в его вкусе, но женщина не торопилась уходить.

— Ну что ж… если вам больше ничего не нужно…

И тут его осенило. Женское любопытство и желание посплетничать, вот что ее одолевает. Эта пышная кудряшка явно не прочь почесать язык. Такой шанс узнать что-нибудь новенькое упускать не стоит.

— А знаете, я бы, пожалуй, выпил еще сока! Очень уж он хорош, – поспешил исправиться Зверев.

Галочка буквально бросилась на кухню и вскоре вернулась с полным графином. Поставив его на стол, она снова вопросительно посмотрела на собеседника.

— Присядете? – Павел Васильевич указал на свободный стул, Галочка тут же на него села. – Скажите, Галина, а вы не окажете мне помощь?

— Чем могу?

— Есть несколько вопросов по поводу случившегося…

— Конечно, спрашивайте что хотите.

Зверев не спеша выпил полстакана сока, утер губы салфеткой и деловито поправил галстук.

— Поскольку вы у нас занимаете в данном лечебном заведении столь важную и ответственную должность, я уверен, что вы женщина грамотная и наблюдательная. Это сразу бросается в глаза.

Галочка горделиво расправила плечи и выпятила грудь.

— Полагаю, что это так.

— Итак… Что вы можете сказать про вашего уборщика Станислава Гулько? Как вы, наверное, уже знаете, именно он подозревается в убийстве Глухова и в настоящий момент арестован.

Галочка хмыкнула.

— Я сомневаюсь, что этот дурачок на такое способен.

— Судя по тому, что я слышал про Стасика и его взаимоотношения с персоналом санатория, его многие не любили и даже откровенно издевались. Что, если Прохор Глухов как-то обидел парня, тот затаил обиду и отомстил?

— Ну нет! Говорю же, он дурачок. До такого он бы сам никогда не додумался…

— А что, если не сам? Что, если кто-то подучил парня?

Галочка нахмурила брови.

— Такое я допускаю…

— А кто тогда мог это сделать? Кто ненавидел Прохора и мог желать ему смерти?

Галочка пожала плечами.

— Да кто угодно! Прохор был слепым, довольно суровым мужчиной. К тому же он был очень ревнив. Он ссорился со многими.

— Из-за жены?

— В основном да…

— То есть она все-таки давала мужу для этого повод?

— А как же? Она же такая красотка, многие за ней волочились, как будто других женщин в санатории мало. – Галочка снова выпятила грудь и поправила прическу.

Зверев хлебнул сока и вытер рот салфеткой, чтобы скрыть улыбку.

— Насколько я знаю, одним из поклонников Юлии Глуховой является один из ваших постоянных клиентов, некий Дюков?

Галочка фыркнула.

— Ох уж мне этот Дюков. Большая партийная шишка, а ни воспитания, ни совести. Постоянно нарушает режим, хамит персоналу, пьянствует как в номере, так и на территории. Терпеть не могу его, но, как вы сами понимаете, сделать мы ничего не можем.

— А вы не думаете, что это Дюков мог убить Прохора?

Галочка пожала плечами.

— Дюков? Убить? Я даже не знаю. Зачем ему это? Он женат, и у него двое детей. То, что он волочился за нашей Юленькой, – это факт, но чтобы из-за этого убить?..