Комната их тайн - Клэр Дуглас Страница 29

Ощущаю укол разочарования:

— И что ты сказал?

Он осторожно вытаскивает руку из-под головки Флосси, и та во сне подвигается ближе к сестре. Арон кивает головой в сторону двери, и, поцеловав обеих близняшек в их теплые нежные щечки, я иду за ним в запасную спальню, где нам сегодня предстоит ночевать.

Он берет меня за руку, и я сажусь рядом с ним на постель.

— Я просто сказал, что произошел несчастный случай и Кайла с Элис увезли в госпиталь. А потом сказал, что Кайл умер. Они стали расспрашивать про небеса, и я ответил, что он теперь с ангелами.

Я опять начинаю плакать. Я-то верю в жизнь после смерти, а вот Арон – нет.

— Спасибо, что ответил так.

Я сжимаю его пальцы, и он обнимает меня одной рукой.

— Я не говорил про убийцу или про взлом. Не хотел, чтобы они знали. Надо, чтобы дома они чувствовали себя в безопасности.

— Согласна.

Я шмыгаю носом и вытираю глаза тыльной стороной ладони. Принцесса София прыгает мне на колени и тычется мордочкой в лицо: я чувствую на подбородке успокаивающее прикосновение ее усиков.

— Вот ты где, – говорю, гладя ее по спине, обрадованная, что с кошкой всё в порядке. – Надеюсь, Фредди Меркьюри тебя не обижал.

Мы спускаемся вниз; я – с кошкой на руках. Увидев нас, Вив командует садиться за стол и попробовать ее лазанью. Принцесса София вырывается из моих рук и убегает. Пес, лежащий, растянувшись под столом, даже глазом не ведет в ее сторону.

— Вам надо поесть, чтобы были силы, – настаивает Вив, накладывая гигантские порции в наши тарелки.

— Вив, ну что ты, зачем! – Даже не знаю, откуда она взяла время и энергию, чтобы готовить.

— Я просто разморозила ту, что сделала сто лет назад. Никаких проблем.

Закончив раскладывать еду, она удобно устраивается на стуле. Мой пищевод перехвачен спазмом; вообще я люблю пасту – только вчера вечером мы в венецианском ресторане ели карбонару, – но у меня совсем нет аппетита. Я думаю про Элис в больнице, разбитую и больную. Думаю про маму в ее маленьком коттедже во французской глуши и задаюсь вопросом, почему она мне до сих пор не перезвонила. Думаю про Холли – тридцать лет назад это был последний вечер, который мы провели с ней. Но я не хочу задеть Вив, поэтому делаю усилие и проглатываю кусочек лазаньи.

— Как твоя сестра? – спрашивает Вив, гоняя вилкой по тарелке кубик моркови.

Я пытаюсь отогнать воспоминание об Элис, рыдающей на моем плече.

— Физически – неплохо, хоть у нее распух один глаз и голова в повязках. Могло быть и гораздо хуже. Но вот психологически…

Вив сочувственно кивает.

— Конечно. Пережить такой ужас!

— Мама сказала, пока мы ходили за машиной, тут побывали двое полицейских, – говорит Арон, тряся над своей порцией солонку.

Я выпрямляюсь. При виде любых представителей властей меня от нервов начинает трясти, хотя я знаю, что эти просто хотели поговорить с нами и постараться помочь. Однажды меня арестовали – мне тогда было девятнадцать – за то, что я напилась и хулиганила. Дело было в Бристоле, и меня посадили в камеру, чтобы я «малость протрезвела». Наверное, я тогда проходила через свою «бунтовскую» фазу. Мы с Ароном временно расстались, а Элис жила свою лучшую жизнь в Оксфорде. Мне казалось, я всех разочаровала. И это превратилось в самосбывающееся пророчество – пока я не выбралась наконец из болота жалости к себе и не наладила свою жизнь.