Между пулей и любовью - Владимир Колычев Страница 3

— Обратно с волынами подъедут!

Беляш улыбался во весь фейс, восторг победы подавлял в нем тревогу за будущее.

Рэм повернулся к нему, взглядом объяснил, на каком приборе он крутил эти волыны, широко улыбнулся.

— Ну, здорово, братан!

С Беляшом и Весельчаком он обнялся, а с щуплым обменялся рукопожатием. Видел, как махался Костя, видно, что карате в свое время занимался. Второй, повыше и помощней, тоже успел кого-то пнуть, Рэм познакомился и с ним.

— А ты торгуешь здесь, Леша? — спросил он.

— Ты мне палатку снес! — улыбнулся мужик.

— Не моя вина.

— Я и сам за Дашу заступиться хотел, да не успел.

Даша уже совсем рядом, объятия пора раскрывать, но Рэм смотрел Леше в глаза. А ведь не врет. Или не совсем врет. Даша для него не пустой звук, но одно дело хотеть, и совсем другое — мочь. Сам Леша в драку за Дашу не полез, испугался, зато Рэма поддержал. И это реально крутой поступок. Потому что теневые хозяева рынка скоро вернутся, и Леше придется держать перед ними ответ.

Лицо у мужика крупное, круглое, глаза маленькие, нос картошкой, волосы жидкие, как трава на болоте, плешь просматривается. Лет тридцать пять, совсем уже взрослый. Обручального кольца на пальце нет. Рэм интересовался семейным положением на случай, если Леша всерьез запал на Дашу. А девушка она взрослая, двадцать четыре года, морочить ей голову Рэм никому не позволит. И Леше башку свернет, если вдруг он решит ее поматросить.

— Рэм!

Даша прыгнула на брата, чуть с ног его не снесла. Волосы у нее роскошные, коса всем на зависть, но в остальном, мягко говоря, ничего особенного. Не красавица Даша, и весовая категория неважная. Это мужчина хорош в полутяжелом весе, а женщине нужно как минимум задуматься о диете.

И мама у Рэма в тяжелом весе, и сына она обняла от всей души — хорошо, кости у него крепкие. Одно испытание на прочность он уже прошел, в ближайшем будущем предстоит другое. Возможно, последнее в жизни.

— Мама, Даша, давайте домой! — Рэм погасил радость встречи. — И ты, Леша, сворачивай удочки! Костя, то же самое!..

— Э-эй, вы что, сговорились? — хлопнул вдруг в ладоши Весельчак.

От ворот к ним на всех парах катил Вася Чумаков, в расшитой золотом парадке, дембельские погоны в белой окантовке, по три лычки на каждой, китель с «декольте» до пупа, голубая тельняшка, берет, автомата для полного комплекта десантуры не хватает. Рэм издалека слышал, как трещит по швам китель. Выше ростом Чумак не стал, куда уж дальше, а в плечах конкретно раздался. Спинка носа искривлена, примятая, как будто его сапогами каждый день били. Раньше с носом нормально все было.

Рэм хорошо помнил, как они уходили в армию, он, Чумак, Лука и Бурый. Начудили они в девяностом, с фабричными жестко схлестнулись. Пацанская контора к этому времени сдулась, патрули, махачи, сходки стремительно уходили в прошлое. И Рэм охладел к движению, закончил технарь, устроился на работу, о женитьбе стал подумывать, и пацаны остепенились, особенно старшаки, в общем, ничего не предвещало большую драку. А надо же, так сошлись, что менты на дыбы встали, и за Рэмом пришли, и за Лукой, многие тогда пацаны оказались в зоне риска. Рэм уже и не помнит, кто предложил переждать шухер в армии, но на призывной пункт они пришли толпой. Рэма, как и Чумака, взяли в десант, но на областном пункте переиграли, в мотострелки загремел. Луку в ракетчики определили, но больше всего повезло Бурому, в морфлот на три года влетел, еще не скоро вернется.