Колымага семейного счастья - Дарья Донцова Страница 31

— А сейчас как реагируешь?

— На поезде путешествовать намного больше нравится, – призналась я, – но турбулентность уже не доводит меня до обморока. Привыкла.

— Вот ключевое слово – «привыкла», – потер руки Константин. – Человек – интересное существо, он способен адаптироваться к любым обстоятельствам. Почему же Вера от страха чуть не окочурилась, если она много летает?

— Не знаю, – после короткой паузы призналась я.

— Ты же больше не истеришь.

— Нет, но и радости от нахождения в самолете не испытываю. Если моторы гудят ровно, то сижу более или менее спокойно. Но иногда звук меняется, тогда вздрагиваю. И турбулентность совсем не нравится.

— Но ты не паникуешь, тебе не становится плохо, ты просто тихо сидишь, так?

— Да. И уже не цепенею, как опоссум при виде хищника.

— По какой причине Вера потеряла пульт управления собой?

— Ну… может, она особо нервная, – тихо предположила я.

Костя повернул ко мне ноутбук.

— Глянь.

Я посмотрела на экран.

— Чье это фото? – быстро осведомился парень.

— Веры Гришиной, – ответила я. – Похоже, сделано на каком-то празднике. На женщине платье в пол с декольте, колье, серьги, кольца, браслеты. Прямо новогодняя елка, а не дама.

— Ты ошиблась. На снимке жена банкира Николая Васильева, – объявил Муркин. – Празднуется его день рождения.

Я молча смотрела на женщину в вечернем платье.

— Я запустил программу поиска Веры по фото, которое мне дал Дмитриев, – продолжил Константин. – Волконский почти каждый день на какой-то тусовке – и когда он успевает книги писать? – а изображений его супруги почти нет. Она редкая гостья на праздниках и в соцсетях литератора не представлена. В ответ на мой запрос выпало четыре снимка. На них Вера роскошно одета, богато украшена, но первые две фотки подписаны так: «Светлана Федоровна, супруга Николая Васильева». Под следующими двумя фото надпись: «Светлана Васильева в роскошном “Гуччи”». Тетка на снимках – жена Васильева, а не Волконского.

— У Веры есть сестра-близнец? – предположила я.

— Возможно. Надо найти госпожу Васильеву, поговорить с ней. Других снимков по запросу «Вера Гришина, жена литератора Мефодия Волконского» нет. Но женщина на них, по версии прессы, – Светлана Федоровна, вторая половина одного из самых закрытых для общения со СМИ банкира. Его появление на каком-то мероприятии – уникальное событие. Может, тебе с ним поговорить?

— Хорошая идея, – одобрила я. – Но каким образом выйти на него? В лучшем случае поболтаю с его двадцатым секретарем, самым низшим в иерархии помощников. Личного контакта, небось, никогда не найти.

Константин прищурился.

— Ты же в курсе, по какому принципу Дмитриев подбирает сотрудников?

— Да, – кивнула я. – Ему нужны только лучшие из лучших. И Степан платит им достойную зарплату.

Мой телефон тихо звякнул.

— Звони, – усмехнулся Константин. – Девяносто процентов за то, что услышишь голос самого Николая. И не надо сейчас задавать мне вопрос «Дорогуша, как ты отрыл контакт?».