Черные перья - Ребекка Нетли Страница 33

— Они не ладили?

— Еще как. Миссис Стоунхаус испытывала прямо-таки отвращение к Айрис, ко всему, что с ней связано.

Меня кольнула жалость к золовке.

— Я слышала, у Эви была какая-то тайна.

Во взгляде миссис Норт появляется настороженность.

— Нам всем есть что скрывать.

— Особая тайна.

Миссис Норт смущенно краснеет.

— Не стану уверять вас, что вы ошибаетесь, но если и так, не мое это дело.

— Несомненно. – Я разочарованно примиряюсь с тем, что не узнаю тайну Эви от миссис Норт, по крайней мере сегодня. – Надеюсь, вы простите мои расспросы, но я прихожу к выводу, что брак Эви и Эдварда не был удачным.

— Вам следовало задуматься об этом с самого начала. Влезть в чужую шкуру, пока та еще теплая? Не знаю. Поначалу молодожены вроде бы были счастливы. Мистер Стоунхаус очень любил жену. Однако через год союз дал трещину. Я по личному опыту знаю, что брак часто не такое уж и счастье, как мы воображаем. Только пожив с кем-нибудь, познаешь истинную сущность человека. – Она пристально смотрит на меня.

Ее слова лишь подтверждают то, что мне уже известно. Может, именно поэтому во второй раз Эдвард женился не по любви? Так у нас хотя бы меньше шансов причинить друг другу боль.

— Джейкоб на портретах тоже не лучится радостью, – говорю я.

— Дети часто становятся главными жертвами несчастных браков.

— Так брак был несчастен?

— Не хочу вам лгать – да, и потребовал страшной дани от миссис Стоунхаус и Джейкоба.

— Какой?

— По мере осложнения их отношений ухудшалось и ее здоровье. Она становилась все раздражительнее, неприятнее, доставляла все больше хлопот.

— Что вы имеете в виду?

— Реже могла держать себя в руках, чаще говорила то, о чем лучше помалкивать.

— Но такое встречается довольно часто. Что же тут хлопотного?

— Миссис Стоунхаус все время находилась в сильном напряжении, на что-то жаловалась, ей вечно что-нибудь не нравилось. Под хлопотами я разумею, что из-за своих огорчений и разочарований она утратила над собой контроль, ее стало трудно выносить. Было больно смотреть, как она менялась, превращаясь здесь в воплощенное страдание.

Меня охватывает неприятное чувство.

— Сын был в основном на ее попечении?

— Слава богу, нет. У него была няня, как и у Джона. Некая миссис Кавана. – Слова миссис Норт звучат довольно резко. – Если честно, она мне не нравилась.

— Почему?

— Не в последнюю очередь потому, что плохо за ним смотрела. Пренебрегала своими обязанностями, бросала его. Мы с мисс Стоунхаус делали что могли, но из-за сеансов Эви Стоунхаус не разрешала Джейкобу посещать нас. Думаю, ей удалось напугать Джейкоба, и под конец мы их почти не видели. Надеюсь, я кое-что вам объяснила.

— Спасибо, очень вам благодарна. – И я меняю тему разговора. – Айрис, кажется, сегодня особенно нехорошо.

— Ей плохо после каждого сеанса.

— Почему, как вы думаете?

Миссис Норт заговорщически наклоняется ко мне.

— Потому что дух, которого она ждет, не приходит.

— Мне не показалось, что Айрис пыталась вызвать какого-то определенного духа.

— Так она говорит, но позвольте с вами не согласиться. Она всегда ждет только одного духа.

— Кого же?

— Свою мать, миссис Стоунхаус.

— Мать? – Я в замешательстве. – Но я думала, у Айрис были прохладные отношения с матерью. Говорят, миссис Стоунхаус недолюбливала дочь.