Одиннадцатый палец - Цинь Мин Страница 38

— Уже здесь? Вы же только что были на шоссе, – сильно удивился начальник Ху. – А дело-то раскрыли?

Я быстро схватил чашку начальника и выпил ее до дна:

— Скажите поскорее, что там по делу «Одиннадцатый палец»?

— Неплохое название для особого дела, – рассмеялся начальник Ху. – «Одиннадцатый палец»…

Лишь закончив хохотать, он увидел, что все мы – я, Дабао и Линь Тао – оперлись на его стол руками и таращились любопытными глазами.

— Не напирайте, сейчас я вам все разложу по полочкам… Имя погибшего мужчины – Фан Цзян. В этом году ему должно было исполниться тридцать два года. Он управлял фирмой в Наньцзяне. Во время сбора данных о нем следователи выяснили, что Фан Цзян в возрасте двадцати пяти лет был замешан в телеком-мошенничестве, благодаря которому ему удалось скопить капитал для открытия нынешней фирмы. Вот такой вот чудесный поворот от нелегального бизнеса к легальному…

— Из Наньцзяна, говорите? – Меня совершенно не заботила «родословная» этого отброса общества. – Что привело наньцзянца в Лунфань?

— Он приехал туда второго июня на переговоры – хотел заключить деловую сделку. Прибыл один на поезде. После того как он завершил встречу с партнерами в ресторане отеля, в одиночестве вернулся в свой номер. По словам жены Фан Цзяна, она звонила ему второго числа в двенадцать часов ночи, но тот сбросил вызов. Он планировал вернуться в Наньцзян третьего числа, но даже ближе к ночи не появился на пороге дома. Когда она повторно попыталась с ним связаться, его телефон был выключен.

— А его гостиничный номер осмотрели? – уточнил я.

Начальник Ху кивнул:

— Как раз два дня назад в отеле заметили, что Фан Цзян не продлил номер, но и не выехал из него, поэтому отправили к нему человека. В номере все было нормально и не вызывало подозрений, поэтому они отдали багаж Фан Цзяна администратору на хранение, пока не приедет полиция.

— Теперь, когда мы узнали личность погибшего, раскрыть дело будет в разы легче, да? – Я потер щетину на подбородке.

Начальник Ху взглянул на меня обеспокоенным взглядом:

— Едва ли.

— Как это едва ли? – переспросил я. – Трупы обычно расчленяют, чтобы поудобнее спрятать, а скрывают свое преступление только те, кто хорошо знаком с жертвой, и боятся того, что сами натворили. Из этого следует, что после установления личности жертвы добрая половина дела уже сделана. Почему «едва ли», что такого особенного в этом деле?

— Не каждое преступление можно раскрыть лишь с помощью логики, каждый случай в той или иной степени уникален. Сам подумай: согласно расследованию, Фан впервые приехал в Лунфань; откуда у него тут знакомые?

— Не обязательно здесь, – ответил Линь Тао. – Может, кто-то из его старых знакомых здесь поселился, или же враги решили последовать за ним в Лунфань…

Начальник замотал головой:

— Думаю, эти две версии можно сразу же исключить. Перво-наперво мы проверили телефонные звонки Фан Цзяня за последние два дня – и не обнаружили странных номеров. Он звонил только партнерам. Если предположить, что за ним в Лунфань специально приехали враги, то тогда нарушается правило «далекий бросит» – ведь его расчленили.

— Логично, – сказал я. – Тогда остался только один вариант: его убили партнеры.

— Мы с самого начала так подумали, – начальник снова замотал головой, – но секретный отдел провел тайное расследование, и там полностью уверены, что те ни при чем.