Венец ведьм - Антон Чижъ Страница 38

— Ну чего ты, — протянула Лорейн, будто извинялась.

Варвара промолчала.

Лорейн вновь поёжилась:

— Да ладно тебе…

Варвара продолжила молчать.

Зажмурившись, ведьма помотала головой:

— Ну прекрати, пожалуйста…

Варвара молчала.

— Хватит уже. — Ведьма Заката тронула её за руку. Варвара вырвалась. И продолжила молчать. Прижатая к дверному косяку, Лорейн решительно подпёрла бок рукой. — И нечего на меня вот так вот кричать… Подумаешь, тоже мне. И ничего такого.

У ведьмы предательски зачесался нос. Ладошкой она стала надраивать кончик. Варваре стало смешно.

— Ну-ка признавайся, Анна была твоей подругой?

Лорейн печально вздохнула, опустив голову:

— Была… просто знакомая. Не такая близкая, как ты, Варя, потому что…

Оправдания были остановлены строгим жестом. Варвара натренировала его на экзаменах, когда студенты пытались спрятать незнание в болтовне.

— Позавчера погибла твоя подруга. А сегодня ты и твои знакомые, тоже подруги Анны, красуетесь в разноцветных платьях, веселитесь, прыгаете, играете ведьм из книги Джессики Блеклайт. Я ничего не путаю?

Наступил черёд Лорейн молчать. Молчать с глубоко виноватым видом.

— Скажи, Марта, все писательницы такие эгоистки? Радуетесь, что одним конкурентом меньше? Устроили праздник по этому приятному поводу?

— Я тебя сюда не приглашала, — пробормотала та, насупившись.

— Тут постаралась Настя Сырникова, которую ты не видела лет пять. Уже пообщались?

— Варя, ты неправильно…

— Зачем вы это устроили? Зачем ты в этом участвуешь?

— Ты не понимаешь…

— Что именно?

— …Куда ты попала. — Марта сдёрнула маску. Щёки и шея покраснели. — Ты ничего не знаешь.

— Правда, «Седьмую ведьму» не читала.

Марта фыркнула:

— Ты не понимаешь, почему мы собрались.

— Почему? Объясни.

Ведьма огляделась, будто враги могли подслушать. Или инквизиторы.

— Анне уже не помочь, а то, что должно произойти в ночь перед праздником Ивана Купалы… — Она говорила будто заученные слова. — Нет, тебе не понять.

— Вы хотите, чтобы исполнились ваши желания.

Ведьма отвела взгляд:

— Ты ошибаешься.

— Зато я убедилась: писательницы — законченные, хронические эгоистки. Эгоистки патентованные, как говорит мой дед. И ты такая стала. Не могли отказаться от праздника, если всё оплачено и платья ждут. А оплакать подругу всегда успеем.

Нехорошая улыбка скользнула по пухлым губкам.

— Значит, ты точно ничего не знаешь, — завершила Марта с чувством победительницы.

— Главное, чтобы ты ничего не скрыла от лейтенанта Зимовца на допросе, — ответила Варвара, замечая, как медленно, но верно закипает подруга. — Может плохо кончиться. Для тебя.

— Для меня? — Марта постучала пальцем по груди: недобрый знак. Она была взвинчена и еле сдерживала себя. — А я хочу, чтобы кончилось. Чтобы кончились мои неудачи и провалы, чтобы исполнились мои мечты, чтобы я получила от жизни всё: деньги, славу, счастье и любовь… Тебе, Варвара Ванзарова, этого не понять. Ты родилась на всём готовеньком. У тебя с рождения золотая ложечка во рту. А я устала жить одна и биться за каждую копейку.

Такой Марту Варвара раньше не видела. Тут — не игра, тут — интерес куда серьёзнее.

— А что тут делает безутешный жених?

Марта прикусила губу.

— Невеста в морге, а он весело проводит время с ведьмами-писательницами?

Варвара заметила, что Марта мелко-мелко дрожит. Пора было остановиться. Пора. Но…