Ловушка на оборотня, или Встреча на краю… весны - Алёна Александровна Комарова Страница 4

Женя заметил её реакцию.

— У меня там рабочие файлы. Не хочу, чтобы дети влезли. Никита со своими играми может удалить мне программу, или закачать вирус и всё…

— Я понимаю…

* * *

После первой пары у Леры было окошко, и выпала возможность посидеть в преподавательской в тишине и поразмышлять о произошедшем ночью происшествии, хоть и на паре её не отпускали подобного рода мысли, но студенты отвлекали, им все время приходилось объяснять простую математику. Но в преподавательской уже крепко обосновалась Юлия Васильевна (у неё выпало непредвиденное окошко) и тишина, о которой мечтала Лера, отменялась. Ещё утром подруга заметила, что Лера выглядит пришибленно, о чём тут же поинтересовалась, получив ответ про Жульку поохала, поахала, собиралась продолжить расспросы, но начались занятия, поэтому сейчас приступила с новой силой.

— Как всё случилось?

Юля разложила на тарелку пирожки, соорудив из них пирамиду Хеопса, наполнила кружки кипятком и перебралась за стол к Лере.

Лера не упустила возможности поразмышлять вслух.

— Если рассматривать эту задачу в линейной математике…

Юля её перебила:

— Ой, упаси боже рассматривать с тобой что-то в математике, моя дорогая алгебраическая подруга. Для меня это дебри вышмата. А ты знаешь, как я к нему отношусь.

— Как?

— Как тополь к огню. Боюсь.

— Разве можно сравнивать себя с деревом?

Юлька жарко кивнула, представив себя бревном с потрескавшейся шершавой корой, и согласила с замечанием подруги.

— Хорошо, как тополиный пух к огню.

Юля преподавала студентам агрономию, но обожала литературу. Была начитанна и вела дополнительный кружок, в который деканат отправлял самых бестолковых и хулиганистых на перевоспитание. Перевоспитывала она их, естественно, книгами, да потяжелее. Если бы не её любовь к печатным изданиям, то она бы ими ещё и отлупила. Мысленно некоторых прихлопывала стопочкой четырехтомника Толстого. Ну а что? такие экземпляры (не книг, а студентов) к ней попадали, которых сложно перевоспитать. Но завлечь или заставить за неделю прочитать «Идиота» Достоевского, она могла.

А ещё она мечтала о муже, богатом, красивом, накачанном, с пометкой — с животиком тоже можно, без вредных привычек и любовью к ней, земляным работам и книгам. Лера по доброте душевной и давней дружбе, постоянно говорила, что список сам себе противоречит, на что получала ответ: «Тебе, замужней, легко говорить. И вообще отключи свой математический ум. Вот Золушка в один вечер получила богатого, симпатичного, влюблённого принца». Никто не мог запретить ей мечтать, никто и не старался.

Со временем в её жизнь пробрались слова паразиты, такие как кавалер, жених, свадьба.

— Ну что со мной не так? — любимый вопрос Юли. Один был недоволен её безудержным весёлым характером, и даже выдвинул теорию, что нельзя быть весёлой такой, построил план по укрощению улыбок. Другой был недоволен её хозяйственностью, точнее её отсутствием. Да-да, Юлия не смотря на свою педантичность в работе, могла дома разбрасывать лифчики с колготками и есть в кровати, шуршать фантиками, не давая заснуть кавалеру. Последний (или как говорила Юля — крайний) был недоволен её весом, этот зрячий и ходячий весовой контроль замечал в ней набранные после ужина граммы, но утверждал, что это килограммы, естественно звучало это, как будто она поправилась на несколько тонн.