Моя новая сестра - Клэр Дуглас Страница 42

— Наши родители. – Голос Беатрисы заставляет меня вздрогнуть, и я оборачиваюсь и вижу, как она вплывает в открытые двери. Она снова переоделась, и теперь на ней кремовое платье длиной до колен, которое придает ей совершенно неземной вид. Должно быть, все это время она была на террасе. Я сжимаю в руках фотографию, парализованная страхом, как будто меня поймали за кражей королевских драгоценностей.

— Я не пыталась вынюхивать… – лепечу я.

Беатриса качает головой:

— Не глупи. – Она берет фотографию из моих рук, нежно поглаживая большим пальцем стекло рамки. От нее пахнет сигаретами. – Ее звали Маргарита. Я всегда считала, что это очень красивое имя. Хотела бы я помнить ее – ну, их обоих… но мы были совсем маленькими, когда они умерли.

Я понимаю, что маргаритки, которые в этом доме повсюду, как и те украшения, которые она создает, – дань памяти матери, которую Беатриса почти не знала. Я делаю глубокий вдох. Мне нужно это сказать, чтобы разрядить обстановку.

— Ты ведь знаешь, верно? О том, как умерла моя сестра-близнец, Люси?

Она застывает и медленно ставит фотографию на каминную полку, а затем поворачивается, чтобы посмотреть на меня.

— Ох, Аби. – Она берет меня за руку и ведет к одному из диванов. – Я помню, что прочитала об этом в газете, вот и все. Это произвело на меня впечатление, потому что я тоже близнец. Но я ничего не пыталась вынюхивать.

Звучит правдоподобно, и я припоминаю, что в первый день нашей встречи, когда я назвала свою фамилию, в ее глазах мелькнул огонек узнавания. Кавендиш – не та фамилия, которую можно услышать каждый день, но, вероятно, именно поэтому она и запоминается многим. Но это не значит, что она искала сведения обо мне.

— Так ты знаешь, что я убила ее? – Я складываю руки на коленях, обтянутых зеленым шелком чайного платья, не в силах встретиться с ней взглядом.

— Ты не убивала ее, Аби.

— Это я виновата в автокатастрофе. – В горле клокочут рыдания, тошнота захлестывает меня, когда я вспоминаю ту ночь и все, что случилось потом. – Я была за рулем. Это была моя вина.

— Это был несчастный случай. Просто несчастный случай. Погода была плохая, было темно, это могло случиться с каждым. Пожалуйста… ты должна это оставить позади.

— Не думаю, что смогу, – отвечаю я, с трудом сдерживая слезы. – Не думаю, что когда-нибудь смогу перестать наказывать себя.

— Люси хотела бы, чтобы ты так с собой поступала? – резко спрашивает Беатриса, и когда я поднимаю взгляд, то вижу в ее глазах отблеск гнева. – Потому что я знаю, что если бы такое случилось со мной, если бы Бен нечаянно стал причиной моей смерти, я не захотела бы, чтобы он продолжал наказывать себя до конца своих дней.

Она берет мою ладонь и сжимает ее, а затем более мягким тоном добавляет:

— Я бы хотела, чтобы он был счастлив, Аби. Я бы хотела, чтобы он жил.

Я чрезвычайно дорожу ее мнением; в конце концов, она может понять меня, ведь она сама близнец. Но Беатриса не знает всей истории, и, к счастью, это известно только тем пятерым, кто был в машине в ту ночь.

Я сижу одна на диване, когда входит Бен с бокалом красного вина. Беатриса вместе с Кэсс ушла на кухню, чтобы принести бутылки и бокалы. Солнце все еще ярко пылает в небе, и сквозь открытые окна проникает долгожданный – после удушающей дневной жары – ветерок, неся с собой запах скошенной травы.