Метод чекиста - Валерий Шарапов Страница 45

Судьбою злой с вершин низринут,

Иду по выжженной земле.

Герой, поэт, служитель лиры.

И не давай прощенья мне!

— Твое? — поинтересовался с улыбкой наблюдавший за концертом Дядя Степа.

— Мое! — с вызовом ответил Стихоплет.

— Слабенько.

У поэта налились кровью глаза. Казалось, он готов вцепиться зубами в Дядю Степу и рвать его, как пес. Ну что ж, поэты всегда ненавидели критиков.

В общем, Стихоплет с лихвой оправдал наши самые смелые ожидания. Полный неврастеник, пребывающий в мире своих раскачанных эмоций, амбиций, уязвленного самолюбия и патологического желания выделиться. Если кратко — нормальный такой поэт. Знаю я ребят из подразделения госбезопасности по надзору за творческими личностями. Те уверяют, что для поэтической среды такой типаж стандартный. Они там на Парнасе все не дружат с головой. Но есть прирученные поэты, которые прыгают и подают голос по приказу. А есть совсем дикие и необузданные, опасные для порядка в обществе и умов сограждан.

— Так Германца ты знал? — поинтересовался Дядя Степа.

— Знал! — с вызовом произнес Стихоплет.

— Что, и в шайке его был?

— Не взял! Решил, что для мирового искусства я нужнее!

Ну да, даже такой псих, как Германец, побоялся такого неврастеника в свою душегубскую ватагу подтянуть.

— А Турок тоже с Германцем терся? — спросил я.

Стихоплет недоуменно посмотрел на меня и пожал плечами:

— Турок вообще из другой оперы!

Возбужденный философским диспутом, он перестал таиться и выдавал в запале дискуссии все. Вот правильно говорят — к каждому человеку нужен свой ключик. Поговорили об искусстве, о сверхлюдях — он и разоткровенничался.

— А уж не ты ли, друг ситный, Турка и завалил? — вкрадчиво полюбопытствовал Дядя Степа.

— Турка завалили? — с недоумением посмотрел на него поэт. — Как?!

— Да просто и надежно. Кастетом по башке.

— Я — и кастетом по башке. — Стихоплет рассмеялся. — Кастетом…

— Ну да. Грубовато для тебя. А кто же его?

— Да без понятия!

— Вы с ним на чем сошлись?

— Да так, работали потихоньку. По карманам да по квартирам. Потом его черт попутал связаться с этими двумя дураками — Пятаком и Клещом. Они под Германцем сперва ходили. Шестерили, их на серьезные дела не брали. Поэтому вовремя спрыгнули и под замес милицейский не попали. Мелкие человечки, слова доброго не стоят. Но Турка с панталыку сбили.

— Как?

— Да надоумили его машинами заняться.

— Как Германец?

— Германец для дела авто брал. А Турок решил на них длинную деньгу рубить. Я сразу понял — они просто умом поехали. Какой дурак будет машинами заниматься? Куда ее продашь? Это же не сережки из ушей фифы!

— Но все же нашли сбыт?

— Они его нашли. Или он их. В общем, в шайке деловой объявился. Странный такой. Погоняло у него было диковинное — Дольщик.

— Откуда такое?

— Да он когда братишек подтягивал, так и сказал — помогу вам, убогим, за долю малую. Ну Турок и брякнул — теперь ты наш Дольщик. Так и прилепилось погоняло.

— А имя есть?

— Прокопом сам себя называл. А так — кто его знает.

— И что они наворотили?

— Не знаю. Я от них отпрыгнул.