Тихая ночь - Энн Кливз Страница 46

Они поехали на северо-запад, минуя Леруик, единственное место на островах, где Тейлор чувствовал себя почти как дома. Там хотя бы имелись магазины, пабы, забегаловки с карри и с рыбой с жареной картошкой. Мысли о бескрайних просторах вокруг вызывали у него головокружение и тошноту. Все из-за бессонной ночи в абердинском отеле, убеждал он себя. Как только погрузится в дело, все придет в норму.

Чтобы отвлечься, он начал забрасывать сидящего за рулем Переса вопросами:

— Ты хочешь сказать, в таком медвежьем углу никто не может его опознать?

Он знал, что подобный тон раздражает Переса, но не мог сдержаться.

Тот выдержал паузу.

— У нас пятьдесят тысяч туристов в год. Многие почти не контактируют с местными. Неудивительно, что опознание затянулось.

— Все равно кто-то же должен был его хватиться. В гостинице или гестхаусе.

Перес не ответил. У него была привычка молчать, если нечего ответить. Тейлор так и не овладел этой тактикой.

Машины замедлили ход и остановились у небольшого причала. Тейлор огляделся – настоящая глухомань. Даже деревней не назовешь: пара домов вдоль дороги, и все. По пути они проехали мимо галереи, построенной почти на самом берегу. «Странное место для выставок, – подумал Тейлор. – Кто вообще потащится сюда ради каких-то картин?» Перес вдруг нарушил молчание, решив объяснить, что в последний раз живым покойника видели именно здесь.

— Я был там, – добавил он. – На открытии выставки.

Тейлор почувствовал, что Перес чего-то недоговаривает, но ждет момента, когда они останутся наедине. «Надо будет расспросить его позже», – мысленно отметил он.

Стоило выйти из машины, как Тейлора тут же оглушили крики чаек, он учуял резкий запах морских водорослей, смешанный с вонью птичьего помета. За рядом низких домов круто вздымался холм. «Как можно тут жить?» – подумал он, узнавая место из документалки о фолк-музыканте Родди Синклере. В кадре тот разгуливал по Биддисте, болтал с фермерами, заглядывал в местную лавку, пил с приятелями. А потом – Лондон, Глазго, музыка и толпы поклонниц.

В сарай Тейлор не пошел. Судя по словам Переса, на месте преступления уже достаточно потоптались. Пусть криминалисты делают свою работу. Он просто хотел прочувствовать атмосферу. И не зря – у него возникло стойкое ощущение, что за ним наблюдает вся Биддиста. Даже не нужно было оборачиваться, чтобы проверить, выглядывают ли из окон. Просто из болтовни с Пересом он не понял бы, каково здесь жить. Что здесь невозможно хранить тайны. Неужели никто не знает, кто убил этого человека? А может, знают все. Может, это один большой заговор.

Он повернулся к Пересу.

— Давай оставим их, пусть работают. Может, поедем в Леруик, только мы вдвоем, и расскажешь мне подробности?

Фраза звучала как предложение, но оба знали – отказа не будет.

В машине Тейлор, хоть и замечал море за окном, сосредоточился на Пересе.

— Ты сказал, что одним из последних видел жертву живой. Чем он занимался?

Перес, как обычно, выдержал паузу и свернул на обочину, пропуская раздолбанный фургон с женщиной за рулем.

— Он рыдал.

Тейлор не знал, чего ожидал. Но уж точно не этого.

— Что значит «рыдал»? Что его расстроило?

И снова пауза.

— Он не знал. По крайней мере, по его словам.

И тогда Перес рассказал о незнакомце, устроившем сцену на выставке: тот расплакался, а потом заявил, что не помнит, кто он и как здесь оказался. Тейлор не перебивал – хоть вопросов было полно, он дал Пересу изложить всю историю.