Грибная неделя - Анна Дашевская Страница 46

Перечитав протокол, я секунду подумала, не рассказать ли всё-таки и о пузырьке с таблетками, но решила, что пока не буду. Сперва узнаю, что же было в протоколе вскрытия, какова причина смерти, а потом уже, если будет надо, расскажу. И даже, может быть, не следователю, он лицо совсем официальное, ему протокол писать – расскажу оперативнику Кириллу Долгову. Решительно подписалась и вернула бумагу.

— Если вдруг что-то ещё вспомните, услышите или увидите, вот, звоните или мне, или капитану Долгову. Договорились? – Поволяев протянул мне две визитки.

Я взяла их и аккуратно положила в кармашек бумажника.

Выйдя из кабинета следователя, устало плюхнулась на тот же стул, где сидела раньше, закрыла глаза и прислонилась затылком к прохладной стене.

— Что это, Катечка, неужели так устала от разговоров? – пропел рядом голосок Леночки.

Я открыла один глаз, посмотрела на неё и снова закрыла.

— Устала.

— Вроде не такая ещё старая, а быстро утомляешься. С чего бы это? Или так тебя жестоко допрашивали?

— Сходи – и узнаешь, – пожала я плечами.

— А почему это, кстати, тебя раньше вызвали, чем меня? Если по алфавиту, так ты должна была бы в самом конце пыль глотать! – никак не унималась она.

Тьфу, вот же занудная девица! Я села прямо, открыла глаза и посмотрела на Лену неприязненно.

— Ты же уходила кофе пить, разве нет? Вон, у тебя губы кремом от пирожных испачканы!

Постаралась, чтобы эта неприязнь передалась ей, прямо вот перетекала из зрачка в зрачок. Вроде бы получилось – трепетная нимфа вздрогнула, побледнела, вытерла рот пальцами и отошла. Вот и хорошо. Надеюсь, следователь дотянет тебя до самого конца, а тем временем и Долгов успеет узнать, с кем же ты разговаривала и кому сливала наши заказы.

В кабинет к Поволяеву пошёл Ринат Тимербаев. Мне хотелось, конечно, остаться и послушать, что он скажет, но я понимала, что и в самом деле устала. Сколько ни старайся, а дар попросту не сработает сейчас, надо поесть и чуть передохнуть. А значит, давай, Черникова, вставай и иди. Вниз по ступенькам, по улице налево и ещё раз налево в переулок. Кафе «Медовая коврижка», где ждёт тебя Олег Браницкий, частный детектив и с недавних пор твой сообщник.

Алексей Серебряков, художник.

В том, чтобы поехать именно в Суздаль, у меня был и свой частный интерес, заказ на картину – заказчик желал к дню рождения жены получить её портрет в русском наряде на фоне деревянной церкви, даже фотографии её переслал мне на почту. Откровенно говоря, на Зинаиду Юсупову дама никак не тянула, но деньги были обещаны хорошие, и аванс приятно грел кошелёк. В конце концов, не так часто перепадают мне заказы на портреты!

Так, оправдываясь сам перед собой – что меня же самого очень смешило! – я прошёл всё по той же улице Ленина до поворота к Суздальскому кремлю, полюбовался пару минут Рождественским собором, на который в этот момент из набежавших серых туч вдруг упал луч солнца, и побрёл потихоньку к мостику через Каменку. Увы, солнце скрылось снова, и все строения музея деревянного зодчества выглядели не слишком авантажно: серые, словно нахохлившиеся, ждущие дождя.

Дождь собирался недолго, начал сеяться мелкой, типично сентябрьской моросью. Я нашёл местечко под нависающей кровлей одного из зданий и, передвигаясь по кругу, стал набрасывать в блокноте силуэты – «кораблём» выстроенная Воскресенская церковь3, мельница, крестьянские избы, ещё одна церковь, высокая, словно взлетающая вверх…