Свидание на краю бесконечности - Ольга Володарская Страница 46

Оказалось, Алиса сама может со всем справиться и в помощи всяких сомнительных мавров она не нуждается! Знала бы мама, как ее чадо, по мнению родительницы, не приспособленное к жизни, быстро освоилось в незнакомой стране, гордилась бы дочкой.

К Азизу Алиса заявилась не с пустыми руками. Она купила конфет, конской колбасы, уже порезанную дыню, хозяину дома бутылку коньяка «Старый Ташкент», а его жене букет цветов.

— Думал, не придешь уже, — первое, что сказал Азиз, когда увидел гостью. — Рад, что ошибся. Заходи.

В этот раз он провел ее во внутренний двор. Не такой большой, как в «Фатиме», но живописный.

— Дома старые снесли, а деревья сохранили, — сообщил Азиз, усадив гостью в кресло, стоящее под раскидистым платаном. — По этому я ребенком лазил.

— А что с дедушкиным садом?

— Тля пожрала, пришлось все выкорчевать. Зато за магазином теперь парковка. — Он водрузил бутылку в центр стола, а жене дал знак нести посуду и закуску. — Сегодня тебя блевать не тянет? — спросил он у Алисы. Грубовато, но по-доброму. — А то тазик поставлю.

— Я себя хорошо чувствую, — заверила она Азиза.

— Значит, будешь угощаться лагманом. Я так его готовлю, что пальчики оближешь.

— Не жена у вас стряпает?

— Она тоже может, но не так хорошо, как я. Знаешь, кто перед тобой? Лучший ошпаз обжорного ряда базара Чорсу с 2005 по 2011 год!

— Ошпаз? — переспросила она.

— Ош — плов. Паз — повар.

— Специалист по приготовлению плова, получается.

— Он самый. Долго мне равных не было. Но когда я понял, что сын мой готовит не хуже, уступил ему место.

— А сейчас вы на пенсии?

— Пришлось уйти. Но не из-за старости. После ковида у меня обоняние так и не восстановилось. Перестал я истинный запах плова чувствовать. С тех пор его не готовлю даже дома. А остальное — с удовольствием.

Тем временем хозяйка уже собрала на стол. Она так обрадовалась цветам, что постоянно Алисе улыбалась. Но когда та спросила, сядет ли она с ними, мотнула головой.

— Молитва у нее скоро, — пояснил Азиз. — Все намазы совершает. Набожная.

— А вы?

— В глубине души атеист, но это секрет. — И подмигнул. — Выпьешь со мной?

— Стопочку. Хочу попробовать, что за коньяк. Думала, в Узбекистане не производят спиртные напитки.

— С чего бы это? Мы светское государство. И история виноделия у нас богатая. Но коньяками больше Самарканд славится. Не была там?

— Пока нет.

— Съездить стоит. Красивый город, сказочный, можно сказать. Но Ташкент даже после землетрясения для меня — лучший на всей земле. А я много где побывал!

— И где же? — полюбопытствовала Алиса.

— В вашей Москве, например. В Каире. Париж посещал.

— Неужели?

— На кулинарный конкурс ездил. Второе место занял в номинации «Кухня Востока». С пловом своим, конечно. — Он разлил коньяк по стопкам, понюхал его. — А тут все оттенки чувствую, и древесный, и ореховый, и фруктовый.

— Ароматизаторы.

— Точно! — И, чокнувшись с ней, опрокинул стопку себе в рот. — Ты, когда вчера ушла, я только о Батыре и думал. Много чего о нем вспомнил, так что спрашивай.

— На первый взгляд не совсем в тему вопрос будет: вы видели внука Фатимы? Того, у которого она живет? Рустема Шамутдинова?

— Нет. Я и ее-то только по телевизору.

— Я вам сейчас его покажу. — Она сделала фото, поймала Рустема в объектив камеры телефона, стоя у окна. Он в этот момент мыл из шланга свою машину. — Вам не кажется, что он кое на кого похож?