Гранитная гавань - Питер Николс Страница 47

Летом, когда ему исполнилось восемь, спустя семь месяцев после его переезда к Бьюэллам, они со старшей сестрой, четырнадцатилетней Салли, и девятилетним Билли ночевали в палатке на заднем дворе в Праутс-Нек. Салли рассказывала истории о привидениях. Когда дядя Боб крикнул им: «Спокойной ночи, отдыхающие!» – Билли вылез из палатки и побежал в дом. Хлопнула сетчатая дверь, и Салли забралась в спальный мешок к двоюродному брату.

Она прижалась к нему. Для своего возраста она была маленькой – перестала расти после десяти лет. Родители стали давать ей таблетки, сказала она ему той ночью в палатке, и они подействовали. Она взяла его руку и сунула к себе под футболку.

— Теперь у меня есть грудь. Потрогай.

Он очень осторожно сжал маленькие бугорки. Салли горячо задышала ему в ухо.

— Продолжай. Сильнее.

Когда они купались и играли на пляже, на ней всегда было бикини, и мальчик считал то, что им прикрыто, интимными местами. Но ему нравилось делать то, что нравится Салли, и нравилось, что она забралась к нему в спальный мешок. И что в палатке были только они вдвоем. Он никогда раньше не оставался наедине ни с кем из двоюродных сестер и братьев.

Салли взяла его руку и повела вниз по животу, пока его ладонь не оказалась между ее ног.

— Здесь тоже потрогай, – велела она.

Здесь тоже было интимное место, но Салли сказала об этом так спокойно, будто просто просила почесать ей спину. Там, где она сжала его пальцы, было влажно и скользко. Она держала его за руку и двигалась им навстречу.

Он почувствовал, как другая ее рука тянет за пояс его пижамных штанов, и попытался отодвинуться в сторону, но в спальном мешке это было невозможно.

— Все хорошо, – прошептала Салли ему на ухо. – Мы занимаемся сексом. Так делают взрослые.

Он пытался лежать неподвижно, но ее пальцы, холодные и влажные, дергали его и тянули. Это было так странно. Это тоже было интимное место. Он содрогнулся, отчасти потому что ему было щекотно, а отчасти – потому что так получилось само собой.

— Видишь? Он становится больше. Значит, ему нравится.

И Салли забралась на него верхом.

— Мы можем снова лечь спать в палатке? – спросила Салли у матери несколько дней спустя, когда они в кухне делали сэндвичи.

— Конечно, – ответила тетя Мэри. – Почему бы и нет. Хочешь спать в палатке? – спросила она, глядя на мальчика.

— Да, – ответил он.

— Вы двое – настоящие туристы! – воскликнула тетя Мэри и спустя несколько минут очень тихо, хотя он все равно услышал, сказала Салли: – Ты такая милая со своим двоюродным братом. Замечательная старшая сестра. Я тобой горжусь.

Они спали в палатке до конца каникул на Праутс-Нек.

Когда они вернулись в Коннектикут, Салли перестала обращать на него внимание. Иногда он пытался с ней заговорить, но она не реагировала. Как-то, заметив, что он на нее смотрит, прошипела: «Хватит пялиться!»

Ночью, лежа в постели в своей комнате на чердаке, он читал книги, которые нашел на полке там, где скошенный потолок сходился с полом. Это была серия книг «Великолепная пятерка»[11] о приключениях детей и собаки. Он хотел стать таким, как Дик или Джулиан, дружить с такими девочками, как Энн и Джорджина, и разгадать тайны Пика Контрабандистов и Цыганского табора. Он читал еще долго после того, как дом погружался в тишину.