Кольцо половецкого хана - Наталья Николаевна Александрова Страница 47

В ее взгляде был покой. Покой и сила.

Женщина произнесла несколько слов на незнакомом, древнем языке. И неожиданно для себя самой Лёля поняла эти слова. Почти не удивившись, она поняла, что знает этот древний язык, знала его всегда, еще до своего рождения.

А те слова, которые произнесла женщина, значили:

— Здравствуй, принцесса. Я давно ждала тебя.

И Лёля ответила ей на том же самом языке — как будто владела им от рождения. Нет, задолго до своего рождения:

— Почему ты называешь меня принцессой? И почему ты меня ждала?

— Я называю тебя принцессой, потому что это правда. А ждала я тебя, потому что тебе предстоит сделать важное.

— Что мне предстоит?

— Для начала тебе придется познакомиться с одним человеком. Он расскажет тебе важное.

— Что за человек? Где я его найду и как узнаю?

— Запомни — две змеи! — и женщина показала рукой на изображение змей, вышитое на шапке.

— Две змеи? — переспросила Лёля. — Что это такое?

Но женщина замолчала.

А у Лёли внезапно перехватило дыхание, потемнело в глазах…

Она охнула и очнулась.

Она стояла в офисном коридоре рядом с Леной Зайцевой.

— А что, — говорила Лена, — он интересный мужик! Очень интересный! И говорят, что в разводе и пока свободен.

Лёля проследила за Ленкиным взглядом.

К ним, разговаривая с лысым толстяком, приближался Олег Николаевич Стрепетов.

Он пока не замечал Лёлю, не смотрел в ее сторону, но вот-вот должен был с ней поравняться…

Они продолжали свой разговор, и Стрепетов, отвечая на вопрос собеседника, проговорил:

— Две змеи? Но это какое-то подозрительное место! Вы уверены, что стоит…

В этот самый момент его спутник открыл дверь кабинета, и они оба скрылись за этой дверью.

Лёля облегченно перевела дыхание.

— Что это с тобой? — спросила Лена, пристально взглянув на нее. — Ты так побледнела… Эй, ты что — втрескалась в Стрепетова?

— Еще чего не хватало! — отмахнулась Лёля.

— Ну, мужчина он, конечно, интересный… Ты не первая и уж точно не последняя! Знаешь, у нас тут парочка сотрудниц пытались его заинтересовать, но он — крепкий орешек, не поддался. Так что одна от расстройства даже уволилась… Так, может, у тебя получится?

— Да брось ты, больше мне делать нечего! Заладила — интересный, свободный! Если такой интересный, то почему свободный? Почему ни одна женщина его не окрутила?

— А это, кстати, вопрос… — задумалась Лена. — Нужно это непременно выяснить…

— Да ладно. Лучше скажи, ты не знаешь, про что это они сейчас говорили?

— О чем это ты?

— Что такое «Две змеи»?

— Две змеи? — переспросила Лена. — А, это такой клуб… Говорят, очень модный. Наш шеф иногда его использует для корпоративов и других мероприятий.

— Никогда не слышала, — призналась Лёля.

— Да ты понимаешь… — Лена понизила голос, — место это такое… как бы сказать… несколько специфическое… бывают там подозрительные личности… но наш шеф, он считает, что это полезно.

— Как это?

— Ну, что у того, кто бывает только в общепринятых местах, ну, где все всегда только свои обычные люди определенного класса… Так вот шеф говорит, что постепенно у таких людей…

— Взгляд замыливается?

— И не только взгляд, а все чувства. Сама посуди: все всегда одно и то же, вокруг, как он говорит, те же физиономии, официанты так же улыбаются, еда в основном та же самая…

— Не в еде же дело…