Мертвец стучится в двери - Джон Диксон Карр Страница 47

— Кто такой доктор Гидеон Фелл? – вмешалась Джудит.

— Это человек, который, пожалуй, лучше всех в мире разбирается в невероятных ситуациях вообще и в загадках с запертыми комнатами в частности.

— Запертая комната, ну конечно! – прошептала Джудит, мгновенно оживившись. – Теперь я вспомнила! Кэролайн, разве ты не читаешь детективы?

Кэролайн выпрямилась. Марк подумал, что ее трудно было назвать хорошенькой, но недостаток миловидности вполне компенсировали бьющая ключом энергия, жизнелюбие и прекрасная фигура. Он тут же упрекнул себя за болезненное внимание к женским формам. Не в том ли причина, что он никак не может отвлечься от Джудит?

— О боже! – вздохнула Кэролайн. – Столько проблем навалилось, а вы хотите обсуждать…

— Моя дорогая, – не отставала Джудит, – а ты их вообще читаешь?

— Да, читаю. Но мне нравятся только те, где все друг в друга стреляют или колотят героя. Я пробовала читать другие, те, которые Тоби нравятся. Но не могу. Когда они пытаются доказать, как можно быть в двух местах одновременно или пройти по песку, не оставив следов, я не понимаю и не верю. К нам это не имеет никакого отношения.

Марк открыл папку и достал сложенный лист с машинописным текстом.

— Это письмо имеет к нам самое прямое отношение.

Обе женщины мгновенно замолчали на полуслове, хотя, наверное, и сами не смогли бы объяснить почему.

Света в зале было мало, но подходить к зеленой лампе Марк не стал.

«Следовательно, говорю вам я, эти „запертые“ комнаты заперты настолько надежно, что в это невозможно поверить. Так, я читаю о запертой двери и окнах, заколоченных гвоздями. Об окнах, не просто запертых, но еще и закрытых деревянными ставнями. О двери, запертой на два замка и еще закрытой на засов. Ростовщики, насколько я знаю, могут жить в такой комнате. Больше, уверяю вас, никто».

Кэролайн уже открыла рот, чтобы задать вопрос, но следующие строки заставили ее замолчать.

«Представим, что наша жертва заколота в обычной спальне, ее или его рука сжимает рукоять. Дом находится в низине или в сыром месте, где вполне может быть густой туман».

Марк поднял глаза и постучал пальцем по бумаге.

— Красный коттедж? – воскликнула Джудит.

— Почему бы и нет? – спросил Марк и продолжил чтение.

«Окна спальни – обычные подъемные, заперты на задвижки, которые трудно повернуть. Они также слегка заржавели от сырости.

Исследование под микроскопом (как в рассказе Э. А. По „Похищенное письмо“) подтверждает, что на покрытых легкой ржавчиной поверхностях нет следов, которые неизбежно остались бы от любого механического приспособления, поворачивающего задвижки снаружи.

То же самое относится и к ключу. Это обычный ключ, который трудно повернуть в замке, и он тоже слегка заржавел. Дальнейшее исследование под микроскопом – ключа, дверной рамы, чего угодно – доказывает, что ключ не подвергался механическому воздействию какого-либо приспособления для поворота его снаружи. И все же, мой друг, это убийство. Как?»

Хотя далее следовало еще несколько абзацев, Марк сложил письмо, показывая, что закончил.

— Но в спальне Роуз Лестрейндж такие же окна! – воскликнула Джудит, словно протестуя против чего-то.

— Совершенно верно.

— И ключ от ее спальни! Он не ржавый, но определенно потемнел со временем, и на нем наверняка остались бы следы. Да и в замке он поворачивается туго.