Первый выстрел - Анна Васильевна Дубчак Страница 48

— Я не голодный. Клара, мне надо с тобой поговорить. Дело серьезное.

— Так чай или кофе?

— Ничего.

Она вернулась в гостиную, села напротив Сергея. На ней были льняные домашние штаны серого цвета и голубая батистовая рубашка мужского покроя. Короткая стрижка ей очень шла. Даже не накрашенная Клара выглядела очень хорошо. Сергей, всякий раз глядя на нее, боялся, что она снова выйдет замуж, и тогда она станет какой-то другой, быть может даже, недоступной и очень занятой. Снова будет заботиться об очередном недостойном ее мужчине: кормить его, лечить, вытаскивать из долгов…

— Ты же помнишь, — иногда у него прорывалось это свойское «ты», — 2006 год, я подстрелил женщину. Я рассказал об этом только тебе. Валька с Ленькой так и не поняли ничего, они в тот день напились и уснули… Я прибежал к тебе и все рассказал. Потом, как ты знаешь, я поехал в ту больницу, куда отвезли ту женщину, видел ее, она была еще в голубом платье. Эта раненая сбежала оттуда, так и не дождавшись допроса… Ей еще сделали перевязку, и она ушла. Когда я рассказал тебе об этом, ты рассмеялась и сказала, что можешь только догадываться, чем она занималась на пустыре, что наверняка она была не одна, что был еще мужчина и он сбежал первым…

— Да, конечно, я все помню! И что?

— Хотел спросить, когда я рассказывал тебе о выстреле, в квартире еще кто-нибудь был? Может, кто-то случайно услышал?

— Да бог с тобой, мой мальчик! Никого не было! Так что случилось-то? Ты ее встретил? Узнал? Но прошло так много лет, девятнадцать, кажется…

И Сергей рассказал про любовницу-шантажистку Маковского.

— Как, ты говоришь, она назвалась? Бэллой?

— Да.

— И она — любовница Валентина? Это сколько же ей лет? Под пятьдесят?

— Нет, сейчас ей тридцать семь, а в 2006 году было восемнадцать.

Клара спокойно, как если бы она произнесла это слово на чистейшем литературном языке, сочно выматерилась.

— Да мы и сами понимаем. Я-то видел ту женщину, ей тогда было под тридцать лет, а эта… Я не видел ее, но Валька говорит, что красотка она невероятная. И мошенница. Шантажирует, требует, чтобы мы все трое дали ей по миллиону каждый, мол, мы стреляли и попали в нее. И даже показала шрам! Правда, не на том месте! Я-то прекрасно помню, какое плечо было перевязано.

— И в чем проблема? Вы что, испугались какой-то прошмандовки? Серьезно? Где она сейчас? Что говорит? Денег ждет?

— Она по-прежнему живет с Валькой. Говорит, что не съедет из его квартиры до тех пор, пока не получит свои три миллиона.

— Да пусть он спустит ее с лестницы, и все! Мужик он или нет?

— Нет, он на это не способен…

— Но чего вы-то все боитесь?

— Ну, Леня… У него семья, трое детей, он точно не хочет, чтобы его жена волновалась.

— Ему-то чего волноваться, если не он стрелял?! Так же, как и твой Валентин. Чего им бояться? Да и ты тоже молчи и не говори, что это твой выстрел был первым и таким неудачным. Ты вообще молодец, по-человечески поступил, не оставил женщину, прибежал ко мне, и мы вызвали скорую…

— …и полицию. Оказывается, полицейский, вернее, тогда еще была милиция… Так вот, у Вальки в тот день был милиционер, кто-то из соседей видел нас троих на пустыре, и его вычислили по рыжей гриве! Но не задержали же.

— Вот именно. Так что ничего не бойтесь. Дело заведено не было, никто ни в кого не попал. А эта ваша Бэлла просто случайно узнала про этот случай, может, встретилась с женщиной, у которой был шрам… В бане, например, или в бассейне! Да мало ли где. Взяла эту историю себе в копилку и, когда у нее закончились деньги, купила себе на маркетплейсах набор для шрамирования, да и прилепила, нарисовала себе шрам… Так что успокойтесь, понятно? Все это чушь собачья! А Валентин твой должен уже научиться разбираться в женщинах и не тащить к себе в дом кого попало. Только вот я не поняла, как она нашла Маковского? Откуда она узнала его фамилию?