Мелодия убийства - Валерий Шарапов Страница 48

Агата сделала пару шагов и наступила на какую-то ветку. Анна обернулась, Агата тут же скрылась за елкой: «Нет! Пусть лучше она меня не видит. Понаблюдаю, а уж подойти всегда успею. О чем же они говорят?»

На какое-то время Агата потеряла из виду влюбленную парочку. А когда выглянула из укрытия, то тихо рассмеялась. Мужчина обнимал ее соседку. О боже! Они же целуются. Только познакомилась с мужиком и уже… Агата прикрыла рот ладошкой, чтобы не рассмеяться в голос: «Вот тебе и скромняшка, ты только посмотри! Еще немного, и я начну ее уважать. Как же жаль, что отсюда невозможно разглядеть лица этого полоумного. Ну, ничего, будет и на моей улице праздник. Они наверняка в ближайшее время еще встретятся, и тогда…» Хотя чего ждать? Агата решилась. Сейчас она выйдет из своего укрытия, окликнет их и, возможно, увидит лицо этого простака.

Однако то, что задумала Агата, не сбылось. Мужчина что-то сказал, сгорбился и, повернувшись, быстрым шагом пошел в противоположную сторону. Анна постояла, повернулась и быстрым шагом пошла в сторону прячущейся за елкой преследовательницы. Агата снова спряталась за деревом и вышла на тропу лишь тогда, когда Аннушка исчезла в снежно-туманной дымке…

* * *

Агата не договорила, потому что ее прервали:

— Зачем? Ты же обещала!!!

Во время ее бурного рассказа ни сама Агата, ни Зверев, ни даже Медведь не заметили, как к столику подошла Аня. Лицо девушки горело, глаза сверкали огнем. В руке девушка держала какую-то книгу, руки ее тряслись. Агата осеклась и ойкнула, но тут же пришла в себя.

— Не истери! Подумаешь, какая великая тайна. Садись, а то твоя лапша остывает.

Анна продолжала стоять и сверлить Агату глазами:

— Ешь сама эту лапшу! Как же я тебя ненавижу.

Агата рассмеялась так громко, что на них уставились почти все, кто сидел за соседними столиками, а проходящая мимо официантка едва не выронила поднос.

— Ого! Вы только посмотрите на эту истеричку. С чего это ты так меня ненавидишь?

— С того, что мне надоели твои бесконечные издевательства. Я знаю, что твой отец большая партийная шишка в Москве, а значит, ты с легкостью смогла бы заполучить здесь отдельную комнату, но ты этого не сделала исключительно для того, чтобы иметь возможность издеваться надо мной. Теперь же ты еще и устроила за мной слежку и треплешь своим поганым языком о том, что тебя абсолютно не касается…

— Полегче насчет моего языка. – Щеки Агаты порозовели. – Это еще надо посмотреть, у кого язык поганый.

— Поганый! Поганый… – Анна не договорила, потому что Агата встала и, схватив стоявший перед Зверевым стакан с нарзаном, выплеснула своей ненавистной соседке его содержимое в лицо.

Анечка отшатнулась, и, прижав к груди свою книжку, выбежала из обеденного зала.

— Вот же дрянь какая! – Агата как ни в чем не бывало села на свое место. – Не нравится мое общество, так сама напросилась. Сегодня же позвоню отцу и добьюсь, чтобы ее не просто переселили из моего номера, а вообще вышвырнули из санатория. – После этого, доев лапшу, Агата встала и, бросив на Зверева высокомерный взгляд, ехидно спросила: – Ну что, Паша, ваша головка все еще бо-бо? Может, мне стоит похлопотать перед медперсоналом, чтобы вам дали таблетку, или вы предпочитаете расслабляющий массаж? Так уж и быть, я готова за вас похлопотать. Здесь многие знают, кто мой отец, и уж поверьте, в такой просьбе мне не откажут.