Пропавший жених Эмилии Вуд - Рута Даниярова Страница 49

— Готово, мисс! — и он показал мне карандашный набросок.

На рисунке я выглядела слишком мечтательной, на мой взгляд, но сходство было довольно сильным. Даже лилии на воротничке были тщательно прорисованы.

Несомненно, набросок был хорош.

— Вы очень талантливы, мистер Брук, — искренне сказала я.

— Я брал несколько уроков у самого сэра Ардиери, — польщенно улыбнулся Леонард Брук.

— Мне доводилось в художественной галерее Эрбенны видеть его работы, — вспомнила я. — Гениальный мастер.

— Так и подумал, что вы не местная, мисс. Сразу видно, что вы из столицы. Чувствуется стиль. Вы интересуетесь живописью? Кстати, как к вам можно обращаться?

— Коринна Льюис, — представилась я.

— Очень приятно, мисс Льюис. Вы приехали сюда отдохнуть?

— У меня здесь дела, — неопределенно сказала я.

Почему-то не хотелось говорить Леонарду Бруку, что я помощник детектива.

— Что же, мисс Льюис, хорошего вам дня. Теперь я могу начать работу над портретом, но, возможно, мне придется еще несколько раз с вами увидеться. Я часто бываю на городской площади, — художник махнул рукой.

— Миссис Клара, я оплачу счет мисс Льюис. И принесите еще коробочку ваших чудесных пирожных, — обратился он к служанке.

Я, смутившись, начала было спорить, но Леонард Брук, махнув рукой, произнес:

— Это моя компенсация за ваше потраченное время, мисс Льюис. Надеюсь с вами еще увидеться. Прекрасного вам дня. Всегда буду рад вас увидеть.

* * *

Вскоре я с коробкой пирожных в руках стучала в дверь двухэтажного зеленого дома на Аптекарской улице. Пришлось подождать пару минут, пока Аргайл откроет дверь.

На нем была белая рубашка, красиво оттенявшая его лицо и темные волосы, небрежно спадавшие на плечи.

— Доброе утро, мисс Коринна. Извините, что пришлось подождать. Что у вас там, нашли какие-то улики за ночь? — кивнул он на коробку.

— Это пирожные из кофейни, — смутилась я.

— Любите сладкое?

— Да. Мистер Аргайл, Тревор...угощайтесь, — я открыла коробочку с полудюжиной глазированных пирожных.

— Выглядит аппетитно. Давайте попьем чай, Коринна, — предложил он, проведя меня в комнату, служившую ему, видимо, и кабинетом, и гостиной.

— Сейчас принесу чашки, а чайник еще горячий.

Вскоре Аргайл вернулся с серебряным подносом, на котором стояла сахарница и пара дымящихся чашек.

— Вы здесь живете? — с любопытством спросила я.

— На втором этаже. Это очень удобно, — Тревор протянул мне изящную фарфоровую чашечку и взялся за пирожное. Откусив, он сказал:

— Очень вкусно, хотя и неожиданно. Кажется, Коринна, я начинаю ценить то, что взял вас в напарники. Прекрасное начало дня.

Это была скорее шутка, чем похвала, но я слегка покраснела.

Аргайл между тем взялся за следующее пирожное.

В это время во входную дверь постучали, а затем я услышала дробный цокот каблуков.

— Тревор, дорогой! Как же хорошо, что ты вернулся! — из прихожей послышался женский голос.

Каблучки стремительно приближались.

Я успела заметить, как Аргайл слегка поморщился.

Дверь распахнулась, и в комнату буквально влетела черноволосая женщина в зеленом платье с довольно смелым декольте, приоткрывавшим полушария пышной груди. Вместе с ней в гостиную ворвался запах духов.

— Тревор! — радостно воскликнула женщина.

Ее голос показался мне немного визгливым.

Затем дама уставилась на меня, на чашки и тарелку с пирожными.