Скелет в часах - Джон Диксон Карр Страница 50

— Я хочу знать, – проворчал Г. М., – какого цвета были пляжные кресла.

Тут дверь, ведущая на крышу, открылась, старший инспектор Мастерс возник на пороге в шляпе-котелке и с портфелем в руках и услышал последние слова.

— Господи боже мой! – тихо и устало проговорил он.

— Кстати, – сказал Г. М. Рики, – это тот самый пройдоха – старший инспектор, о котором я вам говорил. Не обращайте на него внимания.

Ричард, на которого появление инспектора Скотленд-Ярда произвело куда большее впечатление, чем знакомство с Г. М., все же повернулся снова к сэру Генри.

— Вы имели в виду, какого цвета они были тогда?

— Да! Я не про эти складные кресла из хрома. Вы помните?

— Ха! Помню! – фыркнул Ричард. – Та старая мебель стояла здесь, пока я не поступил в Кембридж.

— Ну? И какого она была цвета?

— Шезлонги – полосатыми, черно-зелеными. Еще был небольшой диванчик и плетеные стулья с полосатой обивкой.

— А что насчет пола?

— Его покрасили в тускло-серый цвет, как те трубы.

— И ничего розового?

— Розового? Нет, если только кто-то не принес плащ или что-нибудь еще.

Лицо Г. М. стало убийственно мрачным.

— Послушайте, сынок. Я не ставлю под сомнение ваши слова, но это было так давно. Кто-то может подтвердить то, что вы сейчас сказали?

Ричард задумался.

— Мисс Аптон? Нет, она уволилась через пару лет, и мы ей потом еще платили пенсию. Макэндрюс – садовник и разнорабочий? Нет. Кроши! Кроши работал у нас дворецким. В наши дни никто уже не держит дворецких, кроме бабушки Брейл. Но он все еще живет в Ридинге. Мама может дать вам адрес. Только не говорите ей всю правду!

— Как интересно, сэр, – с сарказмом заметил Мастерс, не обращаясь ни к кому из них конкретно. – Неужели мы наконец-то выясним природу розовой вспышки?

Г. М. какое-то время стоял молча и моргал. Затем развернулся, тяжело переваливаясь с ноги на ногу, прошел по крыше и остановился на самом краю. Мастерс со своего места видел, что никто не смог бы незаметно напасть на сэра Джорджа на этом участке голого бетона площадью в пятьдесят квадратных футов.

Г. М. смотрел вперед, широко расставив ноги и поблескивая лысиной. Затем он развернулся и открыл рот.

— Каким же я был сумасшедшим! – глухо произнес он. – Провалиться мне на месте! Круглый идиот!

Мастерсу уже доводилось слышать, как Г. М. говорит подобным тоном. Поэтому, несмотря на решительный настрой, он невольно вздрогнул. Мастерс и Рики подошли к самому краю и остановились рядом с Г. М.

— Что вы имеете в виду?

— Нет, черт возьми, нет! Пока я ничего не выяснил. Но забыл о двух важных моментах. Скажите, было ли на крыше что-нибудь белое?

Мастерс и Ричард переглянулись.

— Нет, – ответил последний, – разве что…

— Разве что, как и в предыдущем случае, кто-нибудь не принес белый предмет, – проворчал Мастерс.

— Видите ли, я совсем забыл, что небо в тот день было ярко-красным, хотя все упоминали об этом. Из-за этого белый предмет мог показаться розовым, если… – И снова Г. М. сделал паузу. – Впрочем, – упрямо продолжил он, – складывается впечатление, что последовательность событий в этой истории немного перепутана. Тем не менее я по-прежнему считаю, что это неосуществимое преступление. Впрочем, взгляните лучше на паб!

— Ага, и что же?

— Наш свидетель по имени Саймон Фрю сидел на центральном фронтоне с мощным биноклем. Это как раз напротив нас. У Артура Пакстона была подзорная труба… Кстати, где он находился?