Под кожей - Ника Коваль Страница 51

Келл:

Эм, ответь. Это очень важно, чёрт возьми!

Твою мать! Отставив кофе, беру телефон и печатаю сообщение, гневно стуча пальцами по экрану.

Эмма:

Мне не о чем с тобой разговаривать, Сандерсон.

Келл:

Поверь, я хочу тебе помочь!

Эмма:

Ты? Помочь мне? Ты пытался меня изнасиловать, идиот!

Келл:

Я знаю, мне очень жаль. Но поверь, ты в опасности! Тот человек очень опасен!

Эмма:

Что? О чём ты говоришь?

Келл:

Не прикидывайся дурочкой. Ты знаешь, о ком я.

Просто давай встретимся, и я тебе всё расскажу.

Напряжение теперь в полной мере охватило моё тело. Что. Что Келл может знать про него? Боже, я уже не могу. Резко встав, я беру пальто и прошу официанта пока ничего не убирать. Выйдя на улицу, я сжимаю телефон в руке и вдыхаю прохладный воздух полной грудью, пытаясь успокоиться. Но нихрена не получается. В правом кармане пальто нащупываю электронную сигарету, и не долго думая, затягиваюсь. Запах обычных сигарет я не переношу, вкус тем более. А вот электронка стала для меня выходом. Не подумайте, я не заядлый курильщик и не вижу в курении ничего крутого. Но периодически прибегаю к ней, чтобы успокоиться. В средней школе, когда я плакала в туалете из-за буллинга одноклассников, которые постоянно называли меня детдомовской, ко мне подошла девочка. По виду ей было 16-17 лет, и она предложила мне покурить, чтобы остановить поток слёз. Я никогда на тот момент не пробовала, а лишь смотрела на других. К сожалению, у меня не было рядом родителей, которые бы образумили меня. И вот я здесь.

Вздохнув дым, я прикрываю глаза и медленно его выдыхаю. Готова ли я к ещё одной встрече с Келлом после всего…?А если он снова попытается тебя изнасиловать? Сука. Грёбаный кошмар. Так, спокойно. Мне нужно как можно больше узнать о сталкере, чтобы понять истину. Позову его сюда, в эту кофейню. На людях он меня не тронет. Сделав последнюю тяжку, убираю сигарету в карман и достаю телефон.

Эмма:

Хорошо. Приезжай, поговорим. Сейчас пришлю адрес.

Зайдя внутрь, я снова сажусь за столик и провожу по лицу руками. Спокойно, мы просто поговорим. Пока жду, я доедаю свой уже остывший синнабон и остаюсь сидеть, постукивая ногтями по столу. Примерно через 20 минут в кофейню заходит Келл на костылях. На нем серая спортивная ветровка и чёрные брюки. Кудрявые волосы растрепаны, а под глазами залегли синяки. Неужели он не выспался, пока лежал в больнице? От его вида меня бросает в пот. Мой мозг теперь определяет его как потенциальную опасность, и я сжимаю край свитера под столом.

Доковыляв до меня, он садится напротив и аккуратно укладывает костыли. Тело напряжено, да и он весь какой-то дёрганый, будто что-то ему не даёт покоя. От него пахло больницей и потом. Запах слабости и агрессии одновременно. Мои ноги под столом онемели, пальцы вцепились в колени так, что суставы побелели. Наконец, устроившись, он складывает руки в замок и поднимает на меня взгляд. Сделав вдох, он говорит грубым надтреснутым голосом.

— Привет.

Нужно держаться максимально отстранённо и уверенно. Он не должен понять, что мне страшно, что я боюсь его. Попытавшись сделать максимально безразличный голос, я, наконец, отвечаю.

— Привет.

Его руки немного сжимаются, он явно нервничает. Ну конечно, сидеть напротив бывшей подруги, которую ты пытался поиметь, явно неловко. Решив нарушить эту возникшую гробовую тишину, я сразу перехожу к делу.