Немая улика - Цинь Мин Страница 52

— А Кун Вэй? – спросил учитель.

— Мы его ищем, – ответил следователь. – По нашим данным, полгода назад Кун Вэй попросил родственников помочь ему с работой. Ему предложили неплохую работенку в Шанхае, и он подолгу не возвращался домой. Три месяца назад отец Кун Вэя, Кун Цзиньго, перенес инсульт. Врачам в больнице удалось спасти ему жизнь, но «скорую» вызвали слишком поздно, и он остался навсегда парализованным, бессознательным и беспомощным.

— После этого Кун Вэй вернулся?

— Да, приехал на следующий день. Он был в ярости. Обвинил Малышку Цай в том, что не уследила за отцом, и избил ее. Он заботился об отце какое-то время после выписки, а потом уехал обратно в Шанхай. Теперь Малышка Цай смотрела за Куном-старшим вместо него.

— Кун Вэя можно назвать образцовым сыном. Как Цай заботилась о свекре? – спросил я.

— Никто не знает, она ведь ни с кем не общалась, – ответил следователь.

— А где сейчас Кун Вэй? – уточнил я.

— Мы всё еще не смогли с ним связаться.

Я покачал головой и задумался, каково же ему будет узнать, что его отец и красавица-жена, на которую он потратил столько денег, умерли в один день.

Наставник жестом показал надевать спецодежду и идти на место преступления.

Войдя внутрь, мы оказались в просторной гостиной. Мебели было мало: всего один цельный диван и деревянный обеденный стол. Двери на восточной стороне гостиной вели в восточную и западную спальни соответственно. В западной спальне все оказалось аккуратно расставлено, а вот в восточной были заметны следы борьбы, но, к моему удивлению, шкафы остались нетронутыми.

— Двери и окна целы, следов взлома нет.

— Давайте сначала осмотрим тело, а потом место, – обратился наставник ко мне и Дабао, видя, что Линь Тао и еще пара криминалистов изучают место убийства.

Мы вошли в восточную спальню. На кровати лежал труп обнаженной девушки с прекрасной белоснежной кожей и красивой фигурой. Неудивительно, что ее считали первой красавицей на деревне. На нижней части тела жертвы уже появились красные трупные пятна[41]. Под кроватью валялись белые пижамные шорты и клочки ночнушки.

— Похоже на изнасилование. – Из-за маски мой голос звучал тише, чем обычно.

Кивнув, наставник произнес:

— Смотри, уже начался процесс трупного окоченения, но суставы всё еще не закостенели. Сколько, по-твоему, она уже мертва?

— Примерно десять часов. – Я посмотрел на градусник в анусе жертвы. – Но судя по температуре, скорей одиннадцать часов. Сейчас на часах почти одиннадцать утра, значит, девушка умерла около двенадцати часов ночи.

— Верно, в полночь, – подтвердил начальник. – Тебе только что сказали, что Малышка Цай была нелюдима и осторожна. Окна в доме закрыты, а дверь приоткрыта. Если ее изнасиловали, то как преступник в такой поздний час смог попасть в дом? Девушка не оставила бы дверь открытой на ночь.

Я задумался.

— Пойди взгляни на тело Куна-старшего, – велел учитель.

Мы вернулись в гостиную. Линь Тао искал следы у двери западной спальни. Заметив нас, он сказал:

— Убийство произошло этой ночью, верно? Почему трупы так сильно воняют? Они же не могут гнить так быстро?

— Это, наверное, у тебя изо рта так несет, – с улыбкой ответил я. – Ты же зубы не чистил.

Линь Тао поднялся с колен и стукнул меня кулаком.

— Вообще-то Линь Тао прав, – сказал наставник. – Похоже, все немного сложнее, чем мы думали.