Загадка тихого озера - Дарья Калинина Страница 56

— И какой же процент?

— Хотелось бы тоже пятьдесят, но тут я готова поторговаться. Согласна и на двадцать. Или даже десять. Понимаю, что в производство придется основательно вложиться, уважаю, и потому только десять процентов.

Оля нарочно так немыслимо завышала ставки, чтобы сразу вызвать интерес к себе. Кроме интереса она вызвала в Давиде и мальчишках еще целую бурю чувств.

— Нехило вы так хотите, тетенька! — воскликнул один из сыновей Изабеллы. — Пятьдесят процентов! А за что? Вы «приманиватель» не изобретали! Не вам его продавать!

— А как же мы? — добавил его брат. — Вам пятьдесят, значит, нам тоже пятьдесят?

— Пятьдесят на пятьдесят. По-моему, честная сделка.

— Ага! Честная! Как же! Вы одна, и вам пятьдесят. Нас четверо, и нам тоже пятьдесят?

Оля с удовольствием отметила, что ни про Славу, ни про Рудольфа никто из родных Изабеллы даже не счел нужным упомянуть. Они начисто вычеркнули имена тех двоих из числа будущих пайщиков. В принципе, Олю это не удивило. Она с самого начала разговора подозревала, что так все и будет.

А пока она принялась еще туже закручивать гайки.

— Не хотите пятьдесят на пятьдесят, будет шестьдесят на сорок.

— Уже лучше.

— Шестьдесят мне, сорок вам.

— Что?!

— Или семьдесят на тридцать.

Парни онемели от возмущения. Давид тоже хватал ртом воздух. А вот Изабелла была по-прежнему невозмутима.

— Хорошо, — сказала она, и в ее красивом голосе не прозвучало ни капли раздражения. — Договорились. Делим пятьдесят на пятьдесят.

— И еще вы вернете мне собаку.

Тут даже Изабелла не выдержала. Маска ледяного спокойствия спала с нее, она удивилась и уточнила:

— Любую собаку примете?

— Нет! Зачем мне любая? Тоже скажете! Мне нужна моя собака. Калачик.

— Где же мы его возьмем? У нас его нет.

Оля ощутила огромное разочарование. Она сердцем чувствовала, что Изабелла говорит правду. Значит, минувшей ночью, пока они распивали вино с Давидом, в ее доме побывал кто-то другой. И Калачик находится в других руках. Несмотря на горечь от сделанного ею открытия, Оля постаралась вести торг дальше. Ей нужно было спровоцировать пришедших к ней гостей на какой-нибудь противоправный поступок, чтобы оправдаться перед Никитой Максимовичем. И она стала стараться.

— Также мне нужны гарантии, что вы меня не обманете. А то знаю я вас. Сейчас наобещаете мне золотые горы, а стоит мне отдать вам «приманиватель», как вы меня кинете.

Судя по блеску в глазах Изабеллы, который она не успела достаточно быстро потушить, именно так с Олей и намеревались поступить. Однако этот же блеск глаз Изабеллы заставил Олю поверить в то, что ни Изабелла, ни ее брат, ни мальчики не имеют отношения к пропаже «приманивателя». Ведь будь он у них, они не стали бы приезжать к Оле и не повели бы с ней сейчас жаркий торг.

— Значит, устройства у вас нету, — задумчиво произнесла Оля.

Углубившись в свои мысли, она сама не заметила, что произнесла свою мысль вслух.

Изабелла нахмурилась.

— Конечно, его у нас нету! Он же находится у вас! Что за шутки? Я не понимаю!

— Все дело в том, что у меня «приманивателя» тоже нету. Я хотела проверить вас. Потому и написала вам и предложила приехать ко мне и обсудить условия сделки.

— Не поняла. Ты что? Нас обманула?

— Не верьте ей! Она врет! Просто хочет еще больше денег!