Метод чекиста - Валерий Шарапов Страница 58

В общем, не даром столько сил и средств уходит на празднование Первомая. После этого чувствуешь себя обновленным и окрыленным, как бы ни глумились злопыхатели, изображая все это лишь пропагандой.

Но витать в облаках мне долго не дали. Суровая реальность напомнила о себе. На третье мая у нас была намечена операция в Марьиной Роще — там уж света и оптимизма явно недоставало.

Марьина Роща — оплот московского бандитизма. Большинство столичных ватаг, шаек, банд находит свою приют в этой мешанине улиц из деревянных и кирпичных домов, сараев, промышленных зон. И половина масштабных операций московского угрозыска — это шмоны в Роще.

Знакомы эти края мне не понаслышке. В позапрошлом году мы с Дядей Степой здесь брали диверсантов. Тут нас чуть не уложили гранатой. Да, есть что вспомнить. Ностальгия.

Дядя Степа обслуживал эту территорию еще в те времена, когда работал в отделении, знал ее, как свои пять пальцев.

— Вон, — показал он на неказистый двухэтажный кирпичный дом, в подвале которого, в комнатке-каморке, как у папы Карло, обитал наш древесностружчатый фигурант.

Улочка шла в сторону Рижского вокзала. Как раз в те места, где Турка приземлили. Все вроде сходится.

Наводку на адрес получил Дядя Степа. Он нашел ту самую Люську Хрюню — она действительно обустроилась за сто первым километром, в Александрове, выселенная из столицы за аморальность и противоправное поведение. Оперативнику она обрадовалась, как неожиданному лотерейному билету, и тут же, даже без понуканий, сдала своего хахаля с потрохами — исключительно в порядке женской мести за жесточайшие обиды. Точнее, бывшего хахаля.

— Ирод он! Нашел бабешку посмазливее, а меня за борт! Как княжну какую!

— Какую княжну? — полюбопытствовал Дядя Степа, решив, что это уголовная кличка и речь о какой-то криминальной истории.

— Стеньки Разина княжна. За борт он ее тогда.

— А, понятно. Фольклор, — кивнул Дядя Степа.

— Чего ругаешься при женщине? — возмутилась Хрюня, кокетливо поправив похожие на мочалку волосы.

Неудивительно, что Пятаку захотелось кого посмазливее. Сама Хрюня, потеряв передние зубы, а вместе с ними и значительную часть привлекательности, выглядела теперь непрезентабельно, но лучилась дурной энергией и идиотским оптимизмом.

Пришлось тащить ее в Москву. Она и показала дом, а также подвал, где ютился Леха Пятак.

Милицейские разведчики присмотрелись к адресу. Пятака там не было. Однако выяснили, что время от времени появляется. Установили пункт наблюдения, притом с большим трудом — место такое, все на виду. И стали ждать.

Погода испортилась, похолодало и капал мелкий противный дождик.

Долго, слава богу, ждать не пришлось. Объявился голубчик в субботу вечером. С каким-то свертком под мышкой. Наверняка где-то что-то стащил — привычка такая, а она вторая натура. Об этом разведка незамедлительно сообщила Дяде Степе. А тот отзвонился мне.

— Поехали Пятака брать, — предложил он, не без оснований считая, что мы с ним уже образовали слаженный боевой отряд. — Тепленького.

Поехали так поехали.

Добрался я до Петровки. Там ко мне в машину набились Дядя Степа с оперативниками. За нами зацепилась эмка убойного отдела.

Дальше Дядя Степа указывал, куда рулить, где оставить машины. И как выдвигаться. Лучше его проводника по этим краям во всей Москве не найти.