Мертвец стучится в двери - Джон Диксон Карр Страница 58

— Слушай, Рутвен! – вырвалось у него. – Ты, в общем-то, неплохой парень. Я… – Он запнулся.

И тут Марк понял и расслабился. Впервые в жизни этот избалованный юнец встретился с реальностью – и сильно перепугался. Марк с такими уже сталкивался.

— В чем дело? – спросил он. – Вас полиция напугала?

— Полиция? Думаешь, я полиции боюсь? Ни чуточки! Это все мой отец! – Фрэнк, похоже, хотел остановиться, но не смог – его понесло. – Да, как я и сказал, парень ты неплохой, но знаешь, что не так с тобой и Брендой? Вы оба – гордецы. Чертовы гордецы! Ты вообще знаешь, где Бренда была все это время? Стоп! Не говори пока!

— Я пока и не собирался.

Фрэнк откинулся на сиденье и посмотрел на него:

— Господи! Как же с тобой тяжело. Ты совсем мне не помогаешь.

— А должен?

Теперь, когда Марку показалось, что он разглядел истинную сущность Фрэнка, его ярость и ревность утихли. А вот Фрэнк снова взорвался.

— Со мной она не была, вот что я тебе скажу. С вечера субботы Бренда в «Уилларде». Можешь проверить, если не веришь.

— Откуда вы знаете, что она там, мистер Чедвик?

— Оттуда, что на дворе тысяча девятьсот сорок восьмой год. Оттуда, что получить номер в приличном отеле невозможно ни за красивые глазки, ни за деньги, если у тебя нет связей или нужного подхода. Да что с тобой, Рутвен? Бренда меня кинула! Кинула прямо возле этой аптеки!

Марк промолчал.

— Кинула меня и вернулась домой. А когда снова сбежала от тебя и отправилась в «Уиллард» – потому что ты ее выгнал, – позвонила оттуда и попросила меня договориться с администрацией, чтобы ей дали номер. Другой на моем месте счел бы это наглостью после того, как она меня кинула. Но я ей помог.

— Вы не помните, во сколько это было?

— Во сколько?

— Да. Полиция расследует самоубийство Роуз Лестрейндж, которое может оказаться убийством, связанным с Куинс-колледжем. Вы звонили мисс Лестрейндж вскоре после десяти вечера в субботу из этой самой аптеки, что за вашей спиной.

Фрэнк Чедвик провел тыльной стороной ладони по лбу.

Слово «полиция», Марк готов был поклясться, не произвело на него никакого впечатления. Как и «Роуз Лестрейндж». Но два других определенно подействовали.

— Куинс-колледж! – выдохнул он. – Для моего старика это святое место. Да уж, будет мне урок. Хватит с меня Бренды. Буду этих преподавательниц за милю обходить, пока… – Он осекся.

— То есть Бренда не единственная преподавательская жена, которая вас заинтересовала?

Ответа не последовало.

Фрэнк понял, что едва не сказал лишнего. Но не растерялся, а взял себя в руки.

— Может, да, а может, и нет. Кого это касается?

— Вас. И ее тоже, если вы о ней думаете.

Фрэнк рассмеялся.

— Не думаю, спасибо, – произнес он, обнажив редкие верхние зубы, и в голосе его послышались жестокие нотки, хотя улыбка и обаяние уже вернулись. – В последний раз сделал одолжение.

— Когда-нибудь, возможно, сделаете еще.

— Это намек, старина? Да я умер бы за правое дело, если бы пришлось. Но серьезно…

— Что?

— Я ведь повел себя достойно, да? – с полной серьезностью спросил Фрэнк. – Я сказал тебе правду про Бренду, ради этого и приехал. У нее ты один в голове; больше она никого и видеть не хочет. Что ж! – Он усмехнулся. – У каждого мужчины есть право облажаться один раз.

— Пожалуй, на это можно смотреть и так.