Смерть позвонит сама - Андрей Толоков Страница 61

— Оставьте нас с капитаном наедине, – властно сказал полковник.

Опера дружно встали и вышли из кабинета.

— Капитан Немирович, – встав со стула, представился Костя, – старший оперуполномоченный, исполняю обязанности начальника уголовного розыска.

— Знаю, Немирович. А я полковник Данилов Денис Платонович.

— Очень приятно, – Костя сказал это так, что было отчетливо видно, приятности от этого знакомства мало.

— Как вам тут, на новом месте? – продолжал в том же духе Данилов.

— Врать не буду. Не очень.

— Вижу. В Москву вернуться не хотите?

— А вы волшебник?

— Нет. Я всего лишь заместитель начальника управления. И по совместительству хороший знакомый вашего тестя генерала Савельева. Скажу так – он мой учитель.

— Мой тоже, – вздохнув, произнес Немирович.

— Так вы не ответили. Что насчет Москвы?

— А чего тут отвечать? Одной хотелки мало.

— Я знал, что вы умный человек. – Данилов прошел к столу Немировича, подвинул стул и сел. – Садитесь, поговорим.

— Желание начальника не оставляет выбор подчиненному. – Костя подвинул от стены свой стул и устроился напротив Данилова.

— Шутите? Это нормально. Значит, не отчаялись еще.

— У нас с вами, Денис Платонович, разговор ни о чем. Вас Борис Захарович просил узнать, как я тут? Раскаиваюсь или нет? Так передайте, что продолжаю шутить. Значит, все хорошо. К дочери его я не вернусь. Это решено.

— Генерал Савельев тут ни при чем. – Лицо полковника помрачнело. – Не советую вам, Константин Сергеевич, дерзить. Я здесь чуть ли не единственный ваш друг.

Немирович пристально разглядывал Данилова. Лицо полковника, как будто с вырезанными мастером морщинами, не давало прочитать Константину истинные цели визита начальствующей особы.

— Простите. Не хотел вас огорчить.

— Выслушайте меня внимательно, капитан. – Данилов снял форменный галстук и расстегнул ворот рубашки. – Это каторга – носить форму в такую жару. Так вот, Константин, Колю Ильина сегодня отстранят. Генерал уже принял решение.

— Это почему?

— Не прикидывайся. Сам все понимаешь. И не перебивай, – полковник перешел на «ты», – но тебя это сбить с толку не должно. Я наслышан, как ты умеешь делать дело. Раскрой эти убийства. Раскроешь, буду ходатайствовать о твоем возвращении в столицу. И это не пустые слова. Можешь навести обо мне справки. Если Данилов сказал, значит, Данилов сделал.

— Даже если бы вы не пришли ко мне с таким разговором, я бы все равно раскрыл эти убийства.

— Не сомневаюсь, но стимул тебе поможет. Или я не прав?

— Правы. Но лучше бы мне не стимул, а поддержку.

— Мешают?

— Регинский. Городской прокурор. Он слушать ничего не хочет.

— Знаешь, Константин, – сказал Данилов после небольшой паузы, – с прокуратурой мне тягаться сложно. Тем более у Регинского мохнатая лапа в области. Но подскажу. Пользуйся именем своего тестя. Регинский пыл поумерит.

— Думаете?

— Аппаратный вес генерала Савельева слишком велик, чтобы этим пренебрегать. И не стесняйся. Для доброго дела можно.

Немирович еще раз взглянул в глаза Данилова. Не мягко ли полковник стелет? Какой-то он слишком добрый. Денис Платонович прочитал настороженный взгляд Немировича.

— Не сомневайся, капитан, – вставая и собираясь выйти, сказал полковник. – Я твой друг. Мне ничего не надо. Хотя нет, надо. Надо, чтобы ты нашел тех, кто это сделал. – Данилов пожал руку Косте, поставил стул на место и добавил: – Звони, если нужна помощь.