Кольцо половецкого хана - Наталья Николаевна Александрова Страница 63

— Давай, давай! Только на этот раз не торопись, мне этот тип нужен живым!

— Я постараюсь…

Хрупкая маленькая старушка придержала дверь подъезда, чтобы выпустить своего песика — рыжего пушистого чихуа-хуа.

Тот выскочил на улицу и, заливаясь лаем, бросился в атаку на жирного ленивого голубя.

— Чупа, стой! — строго окликнула его хозяйка. — Как ты себя ведешь? Нельзя!

Голубь в последний момент лениво взлетел.

Песик еще пару раз гавкнул ему вслед и вернулся к хозяйке, преданно заглянул в ее глаза.

— Ты ведь знаешь, что все равно не сможешь его догнать, так не стоит и стараться! — нравоучительным тоном проговорила старушка. — Нужно ставить перед собой только реальные задачи!

Песик потупился и завилял хвостом.

Тут на горизонте появилась соседка с третьего этажа.

— Вероника Ивановна, — обратилась она к хозяйке чихуа-хуа, — в том магазине, что в самом конце красного дома, сметану хорошую завезли, и недорого!

— Да что вы говорите? — Старушка оживилась. — Сметану? А какой жирности?

— Пятнадцать процентов.

— Пятнадцать? Это многовато… У меня холестерин, да к тому же пенсия еще не скоро…

— У всех холестерин! У всех пенсия! А только хорошая сметана не каждый день попадается…

— Ладно, пойду с Чупой прогуляюсь, заодно посмотрю на эту вашу сметану.

— А вот я давно хотела вас спросить, Вероника Ивановна. Вы свою собачку Чупой называете. А как же ее полное имя будет? Наверное, Чупа-Чупс?

— Нет, что вы! Чупа-чупс — это как-то несерьезно. Полное имя моего Чупика — Чупакабра.

— Как?!

— Чупакабра. Знаете, такой зверь есть, где-то в южных краях, днем прячется под землей, бродит по ночам, кого встретит — нападает и выпивает всю кровь…

Выдав эту тираду, Вероника Ивановна подозвала своего песика, пристегнула поводок и направилась на прогулку под изумленным и испуганным взглядом соседки.

Однако она не дошла до магазина.

На полпути к нему Вероника Ивановна оглянулась, убедилась, что любопытная соседка скрылась за углом, и вошла в сквозной подъезд. Из этого подъезда она попала в проходной двор, собственно, первый из целой анфилады проходных дворов, пронизывающих старые районы Санкт-Петербурга, как пронизывают ходы жуков-древоточцев ствол трухлявого дерева.

Старушка прошла два таких двора и уже вошла в третий, когда из темной арки появился тощий тип с сальными волосами и черными подглазьями.

— Стой, бабка! — прошипел он. — Деньги гони!

— Что ты, сынок, — запричитала Вероника Ивановна. — Какие у меня деньги? Я бедная пенсионерка… мне едва хватает на жизнь… Дай бог до пенсии дотянуть… Пожалей старуху!

— Не заливай, ведьма! — шипел грабитель. — Я таких бабок знаю! Вы без кошелька из дома не выходите!

В это время песик Вероники Ивановны, увидев, что его хозяйка подверглась нападению, бросился на помощь и принялся с яростным лаем носиться вокруг грабителя.

Тот попытался пнуть самоотверженного песика ногой, но из этого ничего не вышло. Песик ловко уворачивался.

Отморозок повернулся к старушке и прохрипел:

— И не такая уж ты нищая, как говоришь. Вон у тебя псина, наверняка дорогая, породистая! Только на жратву для нее сумасшедшие деньги нужны! Ты свою жучку деликатесами кормишь, а мне на водку не хватает! Так что лучше отдавай деньги, или отправлю тебя малой скоростью на Серафимовское кладбище!